Часы Зигмунда Фрейда

Больше того – она осознала, что вообще не представляет, как передвигаться по городу. Ее все время возил муж – из дома в банк, из банка – домой… Какой еще есть транспорт… Метро? Ну да, проезжали они такие здания с красной буквой «М». Сунуться туда?

Но она пришла в ужас от одной мысли, что окажется под землей, в густой человеческой толпе. И еще – она понятия не имела, какая ветка метро ведет к Третьей больнице. И вообще, где эта больница находится – на севере города, на юге?

Она знала, что многие ездят на такси, но как его вызывают? Сама она уже не помнила, когда им пользовалась.

Каждый день ее встречал с работы муж, довозил до дома, до самого подъезда. Он же привозил ее по утрам. А как она добиралась куда-то, кроме дома?

А куда она вообще ездила, кроме дома?

В памяти мелькали какие-то смутные картины – вроде они с мужем ходили в гости к знакомым, вот, даже на шашлыки ездили в минувшие выходные, но как они туда добирались, Нора не могла вспомнить. На машине, наверное. Да и вообще, все воспоминания об этих поездках были какие-то неясные, неяркие, невнятные…

А магазины? Как она ездила в магазины?

«А никак», – сообразила она.

Все продукты всегда были в холодильнике. Как они туда попадали, Нора не догадывалась, но, наверное, их покупал муж, пока она находилась на работе. Или заказывал на дом.

Одежда у нее была, и всего вроде бы хватало… а если чего-то и не хватало… если она заикалась, что ей что-то нужно, муж ловко уводил разговор в сторону.

А потом нужная вещь благополучно находилась в шкафу. Она же в банке работает, значит, предпочтителен деловой стиль. Костюмы: три брючных и три с пиджаком и юбкой средней длины.

В стеклянной двери банка она увидела свое отражение: довольно стройная молодая женщина в брючном костюме темно-синего цвета. А вчерашний был темно-бордовый. И покрой точно такой же, она помнит – длинный пиджак и прямые брюки. И под все пиджаки обязательно белые блузки тоже одного фасона. Штук десять их у нее в шкафу, внезапно осознала она, оптом, что ли, покупала, небось дешевле вышло. И когда она это покупала? Да ни одна женщина в здравом уме не купит десять абсолютно одинаковых блузок!

И что это значит? Значит, с ней что-то явно не так…

Боль в висках снова ожила, и заколыхалась перед глазами мутная пелена, и весь мир сделался вдруг как-то неустойчив, он закачался под ногами, как утлая лодка…

Нора зажмурила глаза, секунду постояла так, снова открыла.

Мир перестал качаться, изображение словно навели на резкость.