Часы Зигмунда Фрейда

Это шеф так ее называл – объект, а он сам в мыслях звал ее стервой, заразой, сушеной воблой и мороженой щукой. Это если культурно выражаться, а кроме этого, у него на языке вертелось еще много достойных эпитетов.

Она надоела ему хуже горькой редьки. Он просто видеть больше не мог ее пустые тусклые глаза, в которых виднелось только холодное презрение. Он прекрасно знал, что она его терпеть не может – еще бы, вечно кривилась, как беременная, на него глядя, как будто ее сейчас вырвет.

Он даже подумывал попросить этого психиатра, чтобы тот подпустил маленько гипноза ей в голову, и она стала относиться к нему получше.

Удержала его только мысль, что вдруг этот доктор ради прикола внушит ей сильную страсть, и тогда, чего доброго, придется с ней спать! Вот уж чего совсем не хочется…

Нет, разумеется, ради дела он готов и на это, уж как-нибудь с собой справится. Но сейчас, глядя на эту швабру зализанную, у него не возникало никаких желаний. Еле терпел, что возле нее крутиться надо, заботу да ласку изображать. И глаз с нее не спускать.

Он скрипнул зубами, вспомнив, чего наслушался от шефа буквально полчаса назад.

Надо же, эта стерва выскочила из банка и поехала в больницу! И шеф винил в этом только его. А он не может же целый день в машине торчать рядом с банком. У них там камеры, сразу приметят. Да еще полиция сегодня там с утра. Ему в полиции на заметку попадать никак нельзя, плохие у него с полицией отношения.

Он это шефу и высказал, а тот свое твердит. Письмо-то из больницы у этой выдры в сумке нашли, а кто его пропустил?

Ну, если честно, тут он недоглядел, обстоятельства так сложились.

Он-то думал, что она с работы никуда не денется, а она вон что учудила! Хорошо, что в сумке у нее маячок оставлен. Как глянул он на экран – ешкин кот! Это куда же ее понесло? Еле успел, пришлось санитара вырубить, хорошо больше в морге никого не было.

Ох, до чего же она ему надоела! Ну, ничего, скоро уже операция, а потом… так или иначе придется от нее избавляться.

Свидетели живут недолго… Он хмыкнул, представив, что вскоре сделает так, что эту швабру никто никогда не найдет, и от скуки порылся в ее сумке.

Достал мобильник и удивился: было штук шесть сообщений от какого-то Бориса.

«Нора, ты где? Почему не вернулась? Тут тебя спрашивали».

«Нора, ответь, я не знаю, что говорить начальству».

«Нора, ты заболела? Ответь срочно!»

«Начальство икру мечет, потому что полиция всех сотрудников опрашивает, а ты отсутствуешь без причины».

«Нора, ответь, это не шутки!»

«Нора, твой телефон не отвечает. Тут полицейский сказал, что если тебя сегодня не будет – завтра они тебя повесткой вызовут.