Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

– Знаешь, когда нужно постоянно хранить тайну, привыкаешь сторониться людей, не сближаться ни с кем. И в то время я считал, что для физического сближения нужно хотя бы немного знать человека. Ведь при этом нельзя не приоткрыть часть своей сущности.

– Холодная кожа, – хмыкнула я, и Кристиан кивнул. – Мне это знакомо. Сама людей сторонилась. Итак, ты умудрился заработать репутацию плейбоя, оставаясь невинным. Круто!

– Знаю, звучит нереально, но так оно и было. Если девушке не удавалось завлечь меня в постель, она считала, что именно ей не повезло, и, чтобы «не терять лицо», она врала остальным, что у нас всё было.

Так что слава бежала впереди меня, и Пенни, наслушавшись о моих похождениях, считала, что ничего хорошего из проявленного мною в отношении неё внимания не выйдет.

– Знаешь, я бы отреагировала точно так же.

– Вот когда мне аукнулась моя ничем не заслуженная репутация, хотя прежде это мне даже льстило. А Пенни мне очень понравилась. Очень. Я влюбился с первого взгляда, когда увидел её, несущую к столу в читальном зале стопку книг. Она не была красоткой, из тех, которые заставляют мужчин оборачиваться вслед.

Нет, её красота была тихой, её нужно было рассмотреть. Господи, какие у неё были глаза! Огромные, светло-серые, они открыто смотрели на окружающий мир. В них отражалась её чистая душа. Мне сложно описать её, но ты просто поверь, что более светлого человечка мне встречать не доводилось.

– Мне понадобился почти месяц, чтобы она хотя бы стала со мной разговаривать. Преодолевать её недоверие пришлось гораздо дольше. Помогло то, что я заметил, что именно из предметов даётся ей наиболее сложно, и предложил свою помощь. И почти полгода прошло до нашего первого поцелуя.

– Вот это да! – я аж присвистнула, недоверчиво глядя на парня.

– Именно так. Да, не очень-то типично для «плейбоя». Но я готов был ждать сколько угодно. Понимаешь, я любил её.

– И что же случилось?

– Случился Алекс. Этот кобель, без малейшего представления о порядочности. Эгоист с моралью мартовского кота. Он вдруг заявился ко мне со словами: «Поживу у тебя недельку». Похоже, ему нужно было где-то перекантоваться, видимо, снова проигрался.

– Ага. Адреналинщик хренов! Скучно ему, видите ли! Ни войн, но крестовых походов, ничего, где можно пощекотать себе нервы.

– Войн, по-моему, и сейчас в мире хватает.

– Нет, это не то. Ему бы врукопашную. Или в блестящих доспехах, на боевом коне, впереди орущего войска, мчащегося в атаку на врага. А сейчас какие войны – перестрелки, взрывы, дым. Выпендриться и покрасоваться не получится. Вот и пристрастился к играм. Когда выигрывает, а когда и проигрывается в пух и прах. Дома свои закладывает, машины. Гейб раз и навсегда сказал ему – что тебе даю, трать как хочешь, сверх того не получишь ни цента.