Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Надеюсь, к тому времени он уже поговорит с Кристианом.

Дальше все как-то задвигались, можно даже сказать – засуетились. Ричард ушёл во двор, готовить мангал, а остальные мужчины, под руководством Гейба, слаженно занялись мясом.

В итоге мы с Элли остались в гостиной одни – нас решительно отстранили от готовки. Впервые за всё это время мы действительно были только вдвоём, без буфера в виде кого-нибудь ещё. Мне стало неловко. Я решительно не знала, о чем говорить с той, кто была моей матерью, но с кем я впервые познакомилась несколько часов назад.

Насколько легко я приняла братьев, настолько же трудно мне было принять её в качестве матери. С Коулом было немного проще – мы успели познакомиться и даже подружиться до того, как узнали, кем приходимся друг другу.

Но и с ним мне было сложно – я просто пошла на компромисс сама с собой и воспринимала его именно как Коула, того самого Голоса, пришедшего мне на помощь.

Может, всё дело было в том, что родители у меня всё же были. И пусть относились ко мне не особо тепло, но всё же растили меня, заботились обо мне, как могли, и я любила их, как любой ребёнок любит своих родителей.

Я бы любила их и дальше, даже узнав, что неродная им, если бы они не поступили со мной так жестоко – сдали на опыты без какой-либо гарантии, что я вообще останусь жива. Такое не прощается.

А потом, в течение десяти лет, я была уверена, что настоящие родители бросили меня. Горечь этого осознания слишком глубоко въелась в душу.

Да, я поняла, что мои родители ни в чём не виноваты, что они сами стали жертвами, но... Мне всё равно было неловко. Думаю, пройдёт ещё какое-то время, прежде чем я смогу чувствовать себя с ними совершенно свободно.

Я взглянула на Элли. Она смотрела на меня с печальной улыбкой, словно понимая, что я сейчас чувствую, и принимая это. Я подумала, что надо бы поговорить о чем-нибудь отвлечённом. Но вот о чем? И тут Элли сама задала мне вопрос:

– Ты не могла бы рассказать мне поподробнее, что же случилось тогда в лесу? Точнее – что привело к тому конфликту? Коул знал только то, что уже произошло, но не знал – почему. А мне очень любопытно.

Что же, вполне нормальная тема для разговора. Почему бы и не рассказать, это же не тайна. И я поведала про странные отношения между Линдой и Гейбом, без особых подробностей, конечно. О нашей первой встрече, потом второй, во время которой я протаранила её веранду, и, наконец, о третьей. Я так же не стала скрывать, что ранение Томаса было несчастным случаем, впрочем, кое для кого этот случай явно стал счастливым.

– И что теперь будет с Линдой? – поинтересовалась Элли, выслушав мой рассказ. – Ты уверена, что больше она не попытается причинить тебе вред.

– Нет.