Дар берсерка

Пробурчал:

– Это когда она так осмелела? С тобой, в Йорингарде? Распустили вы там баб, как я погляжу!

И все-таки на этот раз старик не назвал её рабыней, холодно и зло отметил про себя Свальд. Α потом двинулся к Ниде – наклоняя голову вперед, словно шел против ветра. Встал напротив, посмотрел ей в лицо.

Она успела где-то оцарапать скулу. По подбородку протянулась кое-как оттертая полоса копоти – и, глядя на неё, Свальд вдруг пожалел, что рядом нет бочки с водой. Или хотя бы ведра. Макнуть бы туда Ниду с головой, дать задохнуться. Чтобы и помылась,и напугалась.

Хотя она, скорей всего, начнет царапаться – вместо того, чтобы затрястись от страха. И попробует дотянуться если не до носа,так до глаз.

А когда отфыркается от воды, посмотрит уже по-другому. С ненавистью. Серые туманные глаза по-штормовому потемнеют…

– Ну что, Нида, - неторопливо спросил Свальд. – Ещё женой не стала – а уже предаешь? Спасаешь тех, кто потом вонзит мне нож в спину?

Сбоқу шелестңуло – рядом встал отец. Сказал твердо:

– Ты её лучше про серебро спроси. Грид, она дала тебе что-нибудь?

– Браслеты, – отозвалась дочь Гудрема.

И вскинула руку. В тонких белых пальцах блеснули два толстых золотых обруча.

– Это из твоих подарков, как я понимаю, - довольно сказал отец.

Дед хрипло закашлялся, словнo хотел что-то сказать – но от возмущения подавился слюной…

– Зачем? – тихо спросил Свальд, не отводя глаз от Ниды.

– Я решила не ждать, пока на нашей свадьбе, кроме скотины, ещё и детей прирежут, – твердо ответила она.

Лицо Свальда после её слов не дрогнуло. И Неждана, ощутив, как у неё скрутило нутро от горечи, уже злее бросила:

– А раз ты тут, значит, я угадала. Хотел бы оставить детей в живых – не пришел бы. Только посмеялся бы надо мной. Кого первым резать будешь, Свальд? Ты уж побереги себя, поосторожней будь с мальцами. А то они могут и за палец укусить, пока ты нож к ним подносишь.

– Рот закрой! – рявкнул ярл Турле, наконец прокашлявшийся.

Свальд резко повернул голову, глянул на негo – и старик больше ничегo не сказал.

– Моя крепость, моя и баба, – низким голосом, не спеша, проговорил Свальд. - Я хозяин Вёллинхела, ярл Турле. И этой бабе хозяин тоже я. Хорошо бы тебе это запомнить.

Следом он снова уставился на неё. Голубые глаза блеснули в свете факела осколками льда. Спросил почти равнодушно:

– Ты хоть понимаешь, Нида, чем все это кончится? Если ты родишь мне сыновей, эти щенки их прирежут. Или сотворят с ними что-то похуже быстрой смерти. Ты этого желаешь своим детям?

Ну не признаваться же, что вряд ли понесу, отстраненно подумала Неждана. И ответила ровно, подражая Свальду:

— Нет, не желаю. Потому и взяла со старшего клятву на ясене. Ормульф, сын Гудрема, поклялся, что ни он, ни его братья никогда не будут мстить. Ни тебе, ни Харальду, ни вашим семьям.