Дело о мрачной девушке

– Ну, это уже сделано, – свойственным ему бесстрастным, монотонным голосом сообщил Харри Неверс. – Эту услугу я оказал тебе заранее.

– Прекрасно, но это еще не все. Я хочу, чтобы ты сделал упор на тех событиях, что имели место перед закрытием слушания, – заместитель окружного прокурора отказался провести эксперимент в идентичных условиях.

– Ладно. Что за этим стоит?

– За чем? – спросил адвокат.

– За экспериментами.

– Сам посуди. Клод Драмм проводил эксперимент. Это показывает, что он сомневался в способности свидетеля рассмотреть тех, кто находился в кабинете. Более того, теперь Клод Драмм отказывается от эксперимента в точно таких же условиях, как в ночь убийства.

– Чушь, – сказал репортер. – Так ты можешь рассуждать перед присяжными, но я-то спрашиваю тебя, что за всем этим стоит.

– Ничего не стоит, – ответил Мейсон.

– Черта с два! Не думай, что я для тебя собираюсь каштаны из огня вытаскивать. Ты мне помог, и я тебе помогу, но не рассчитывай, что сможешь моими руками жар загребать. Я не намерен из-за тебя обжечься, если только я не уверен, что каштан не стоит того, чтобы тянуть за ним руку.

– Ты неправильно понял меня, Харри, – покачал головой Мейсон. – Я просто хочу провести тест в полностью идентичных условиях.

– Ну тогда давай немного поговорим на эту тему. Что ты имеешь в виду под полностью идентичными условиями?

– Мне требуется, чтобы эксперимент был организован следующим образом: я сяду на переднее сиденье рядом с судьей Пурлеем, который поведет машину, то есть займу место Артура Кринстона. Я готов предложить Драмму сесть сзади, рядом с Доном Грейвсом.

Харри Неверс с удивлением посмотрел на адвоката:

– Слушай, ты просто невинное дитя. Ни в коем случае не позволяй Клоду Драмму обдурить себя своими словами про честность и справедливость. Это один из самых наглых плутов во всей игре. Именно он избавился от первого заявления Дона Грейвса, которое тот сделал полиции, – помнишь, листы неизвестно куда пропали. Тогда Грейвс сказал, что убийство совершил Девоэ, и не упоминал ни про какую женщину.

– Знаю. И что из этого?

– Да просто то, что он так обставит любой эксперимент, что даже с завязанными глазами Дон Грейвс не ошибется. Если ты позволишь ему сесть рядом с Грейвсом, где он сможет дать ему сигнал, толкнуть в бок или шепнуть, то ты полный идиот.

Мейсон улыбнулся в ответ.

– Ладно, выкладывай, что ты там задумал, или не получишь от меня никакой помощи, – сказал журналист.

– Иногда складываются такие ситуации, когда приходится использовать определенную стратегию. Например, если ты хочешь подкрасться к стае гусей, всегда предпочтительнее идти за лошадью.