Девушка с кулоном на шее

Да что кривить душой, он и сам не прочь провести выходные за городом, где в небе без устали поет жаворонок, где по вечерам на участке насвистывают сверчки, а в доме можно зажечь камин. Нет, это осенью, а летом можно ужинать в беседке. Жареное мясо, прохладный морс или натуральный сок, один из удивительных салатов, на которые Мария большая мастерица и выдумщица.

Хозяин встретил покупателей прямо у ворот, и она тут же пустилась в расспросы. У нее их возникло множество: имеется ли и как устроена поливная система на территории, какой тут грунт, близко ли грунтовые воды, как долго лежит по весне снег на участке и как ведут себя деревья, какие цветы лучше приживаются.

Когда машина отъехала, Гуров посмотрел на Марию и Пименова. Историк был явно не в настроении, но жена этого, кажется, не понимала. Хотя она права, настроение настроением, но если ты решил продавать дом, то отвечай на вопросы. Люди ведь немалые деньги собираются отвалить, хочется знать все о своем приобретении.

Пименова Лев знал давно. Они за последние несколько лет встречались довольно часто. Несколько раз профессор консультировал уголовный розыск по украденным раритетам и их ценности, приходилось встречаться на различных выставках, концертах.

И на Машиных спектаклях Пименов бывал. Он давно уже вдовец, но продолжал вести активный образ жизни, не замыкался. Да и рановато ему было замыкаться в свои-то пятьдесят с небольшим лет.

Историк был всегда приветлив, он чуть щурил подслеповато глаза, но не любил носить очков, из-за чего его взгляд делался каким-то хитро-добродушным. Но сейчас Пименов стоял и слушал Марию с некоторой растерянностью, явно думая о чем-то другом, о своем. Поздоровавшись с Гуровым, хозяин пригласил пройтись по территории.

Он шел впереди и поводил рукой то вправо, то влево, рассказывая, где у него и что находится. Потом позвал посмотреть собственно дом.

Внутри Гурову понравилось. Да и Маша сразу притихла, перестала задавать вопросы и только крутила головой, стискивая в руке ремешок сумочки. Планировка была очень простой, хотя снаружи дом выглядел изящно и немного романтично. Высокие французские окна, крыша в несколько уровней, эркеры. Первый этаж занимала кухня с гостиной-столовой, санузел, гардероб.

На втором этаже – две спальни, кабинет.

Аристарх Николаевич поправил картину на стене и неуклюже локтем чуть было не сбросил с тумбы на пол вазу. Каким-то чудом Лев успел поймать тяжелое громоздкое изделие. Профессор ахнул и прижал руку к сердцу.

– Что с вами? – всполошилась Мария. – Вам плохо?

– Нет, нет! Сейчас пройдет, – пробормотал он. – Это от неожиданности. От усталости. Я плохо сплю в последнее время. Слабость какая-то.

– У вас есть что-то в доме из лекарств? – усаживая его в кресло, спросил Лев.