Девушка с кулоном на шее

 – Жизнь дорожает, с теми деньгами, что процентами со счета капали, обходиться становилось все сложнее, а Лялька не молодела. Побоялась на старости лет без гроша остаться, нагнала своего любовника и к Закиру ушла. Может, поэтому и ходила туча тучей, что решалась на дерьмо это. Простите за мой французский, но иначе, как дерьмом, такой поступок не назовешь. Вы согласны?

– У каждого своя жизнь, – уклонился от ответа Гуров и продолжил: – Вы упоминали о том, что Ляля собиралась уехать из города. Давно это было?

– Не то чтобы собиралась, скорее мечтала. Вскользь как-то у нее в разговоре проскочило: насколько было бы проще, если бы можно было уехать из Истры навсегда.

Что именно для нее упростилось бы, не сказала.

– Давайте теперь подытожим. Мужчину с фото вы с Лялей не видели, кто он, понятия не имеете. Кавалер у Ляли был, и его она, предположительно, любила. Кулон ей подарили, но кто именно, вам неизвестно. И последнее: с момента смерти Рогоза Лялю активно добивался некий Закир. Все верно?

– Как в аптеке, – подтвердила Надежда.

– Тогда вопросов больше не имею. Вы можете идти.

– Как идти? А Ляля? Я же должна ее увидеть! – воскликнула Надежда.

 – Я же могу с ней попрощаться, верно? Я ведь вам помогла, теперь ваша очередь.

– Боюсь, сейчас это невозможно. Завтра приезжайте в морг, я оставлю распоряжение, чтобы вас беспрепятственно пропустили к телу.

Гуров старался, чтобы слова его прозвучали помягче, но, видимо, запас мужества у девушки закончился, как только она услышала, что в ее помощи больше не нуждаются. По щекам ее потоком полились слезы. Говорить она уже не могла. Просто сидела и плакала.

Гуров полез в стол, пошарил по ящикам. Салфеток не нашел, и пришлось доставать личный носовой платок.

Вложил его в руку девушки, из графина налил стакан воды, поставил перед ней на стол.

– Послушайте, быть может, вам немного полежать? – внезапно предложил он. – Вы сюда на городском транспорте приехали или на машине? Я могу вызвать такси, вас доставят прямо до дома.

– Нет у меня дома, – с горечью проговорила девушка. – Не обзавелась еще.

– У Альбинкиного бывшего на даче.

Ответ прозвучал неожиданно. Такого поворота Гуров не ожидал. Оказывается, у Рогоза еще и дача есть, а его источники об этом не сообщали.

– Почему же сама Альбина не жила на даче, а тратила деньги на съемный номер?

– Там дача – одно название. Удобств никаких, глухомань, плесень на стенах и вообще никакой цивилизации. А Лялька привыкла если не к роскоши, то к удобствам, – объяснила Надежда. – Она на этой даче раза два всего была. Когда меня приперло, она дала ключи и велела жить там, пока подходящее жилье ищу. А мне что? Сейчас лето, перекантуюсь.

– Не страшно одной в глуши?

– Нормально. Соседей нет, зато собак полно.