Дядя самых честных правил 4

Инструкции у меня, — он горько усмехнулся, — во всём советоваться с фельдмаршалом Дауном и следовать его просьбам. Только австрийцы не желают наступать. А ежели я армию на Берлин двину, то провианту они нам не поставят.

По лицу командующего пробежала судорога, исказив черты. Но он быстро справился с чувствами и вымученно улыбнулся:

— Упустим викторию, коли не дожмём пруссаков, Константин Платонович. А вот ежели ты без моего приказа Берлин возьмёшь, то, может, и выйдет мир навязать наследникам Фридриха. Понимаешь?

Я кивнул. Расклад был для Салтыкова сложный и неприятный, но и таскать для него каштаны из огня мне не хотелось.

— Ваше сиятельство, вы хотите от меня очень многого…

— Так ведь и я в долгу не останусь, Константин Платонович.

Сидевший передо мной хитрый старичок разом преобразился, став владетельным патриархом и главой могущественной семьи.

— Род Салтыковых умеет быть благодарным. Векселя чести мы оплачиваем полной мерой, не скупясь и не торгуясь. — Голос у него изменился, став густым и сильным. — Даже пролейся на тебя гнев императрицы, Салтыковы не оставят в беде. Даю слово — твоя помощь не останется без награды.

Я прикидывал варианты, как поступить. В принципе, цель у нас с Салтыковым была одна — закончить войну. Ему достанется слава, а я избавлюсь от военной службы. Есть, конечно, подозрение, что он меня слегка подставляет, но я как-нибудь это переживу. Да и счёт роду Салтыковых выставлю при случае.

— Взять Берлин и удержать два дня?

— Три, — Салтыков усмехнулся, — три дня, и можете отходить, если не получите от меня других распоряжений.

Салтыков протянул руку, и на его ладони вспыхнула маленькая звёздочка, сплетённая из эфира.

— Возьми. Покажешь этот значок любому из моего рода, и он тебе поможет.

Я принял символ и велел Анубису его спрятать. Кстати, надо будет завести себе что-то подобное, полезная штука.

— Идём, Константин Платонович, познакомлю тебя с помощниками по твоей экспедиции.

Нас было семеро офицеров, подбитых Салтыковым на сомнительное предприятие. Суворов, четыре капитана драгунских эскадронов, майор-кирасир и я. Кроме того, к нам в компанию затесался волонтёр Курт Тотлебен, бывший голландский полковник и авантюрист. У нас было шесть сотен всадников, десять обозных фургонов, пять лёгких орудий, мои «близнята» и сорок конных егерей, вооружённых штуцерами-«огнебоями». Не то чтобы это был необходимый запас для штурма Берлина, но мы взяли всё, что можно было собрать за такое короткое время. Единственное, что вызывало у меня опасение, — это десять бочек пороха в обозе. Я чувствовал, что рано или поздно мы не удержимся и взорвём что-нибудь для острастки.

Берлин требовалось взять как можно быстрее, пока войска рассеяны, а в управлении царит хаос.