Доступ к телу

Стук железных ложек о бока тарелок, пахнущий дымом чай; висящие у кроватей мокрые после трудного дня портки. Не место для женщин. Совсем.

Избушка нагрелась; Гранд оголодал. Мог бы пойти в столовую, попросить сварганить ему пару бутербродов, но он купил один на заправке, оставил его в машине.

«Проверить тренажеры и снарягу… Просушить веревки для подъемов, осмотреть карабины».

В машине он наткнулся глазами на пакет из «Гланса».

Почему-то долго смотрел на него, прежде чем открыть дверцу, взять в руки.

«Сиреневый или зеленый? Я, между прочим, белье для тебя выбирала…»

Она была в нем очаровательна, и ярко, очень реалистично вспомнились ее губы на вставшем члене – жаркие, мягкие.

В джинсах моментально стало тесно.

Ему придется выкинуть сантименты из головы. Потому что через три недели он не позвонит, не будет проверять, кувыркалась она с кем-то или нет, не захочет быть одним из многих. Теперь неизвестно, когда он вообще в следующий раз позволит сблизиться с кем-то, хотя бы для секса. Случайное исключение.

Он почему-то все не откладывал пакет – смотрел на нежный шелк, на кружева, и понимал, что врет себе. Наверное, он все-таки приедет через три недели, потому что ему не хватило.

Этой груди, этих «девочек», которым тесно вместе, бархатистой талии, этой податливой расщелины, куда так смачно было протискиваться. Узкая для него, прекрасная; он так и не попробовал задний ход… Наверное, она бы дерзила и пыталась его остановить.

Да, он навестит Джулиану еще раз.

Пакет отправился в багажник. Ни к чему держать его на глазах.

Гранд достал сумку, оглядел надвигающуюся синеву – в лесу она всегда казалась ему удивительного оттенка, – в который раз подумал о том, что в такой сырости промокнут любые ботинки.

Нужно проверить прогноз. Этот Лес отличался непредсказуемой погодой: сегодня весна, завтра накроет такая стужа, что носа на улицу не высунешь.

Шагая обратно к избушке, он понял, что ему придется принять тот факт, что еще сегодня, по крайней мере сегодня, он не сможет не думать о той, которую оставил позади.

Сдержанная и страстная, слишком настоящая, нуждающаяся – он хотел ее защищать, а после заваливать в постель, снова защищать, снова заваливать – круговая порука.

До самого вечера он никуда не ходил – ни к сторожам, ни перетягивать мишени, ни с заданиями повару.

Удивился самому себе, когда достал бренди. Просто открыл его, просто сел у печи.

Она заставила испытать оргазм его мозг. Своей податливостью, нежеланием показаться легкодоступной, но неспособной сдерживать при виде него жар. Она не хотела, чтобы он уезжал, и мелькнуло старое забытое чувство, что он действительно кому-то нужен.

Ей повезло, что он так быстро разлепил их, потому что, неспособный перестать приходить, показался бы ей в конце концов одержимым.