Доступ к телу

И я ощутила совсем другие касания, совсем иной подход – подход мужчины, который собирается холить и лелеять свою женщину. Никогда он не был таким, как сейчас – неторопливым, бесконечно внимательным, без слов заявляющим о готовности обволакивать не только сегодня, но всегда.

Наш секс – ласковый, больше невесомый, чем напористый, – мне запомнился меньше, чем взгляд в самую душу, чем поцелуи, в которых прятались тонны слов. Меня гладили, меня впитывали кончиками пальцев, меня постоянно кутали в невесомое теплое одеяло, греющее душу. И я плавилась, как сливочное масло, я понимала – вот они, те фразы, которые я хотела не столько услышать, сколько почувствовать.

Со мной занимались любовью, меня хотели и сердцем, и телом. Даже мой вельветовый оргазм срезонировал по кончикам пальцев Гранда, по всем его рецепторам.

А после меня обнимали. Просто держали, как тогда, когда «ты не одна», когда «я здесь». Когда «ты будешь попадать в переделки, а я тебя спасать». И плыли в тишине образы: его номер всегда в моем мобильном, его можно набирать по причине и без, можно брать трубку с улыбкой, поясняя – это муж… Который никогда не даст в обиду, который бросит все и приедет, прилетит, который укутает, убережет.

Он будет со мной утром и вечером, тепло его ладоней будет со мной через любое расстояние, хотя это расстояние он будет стараться максимально сокращать. Он будет дразнить, провоцировать, баловать, он будет любить… Я никогда не знала, что все это можно показать жестами, касаниями, действиями, но теперь точно знала, какое чувство дарил ему тот браслет. Гранд больше не был один. И я тоже. Из двух разных миров сложился новый, чудесный, в котором между нами не было границы – пузырь на двоих, собственная вселенная.

Я улыбалась с закрытыми глазами, думая о том, что почти спущенная в кювет Онди стала ключевой и поворотной точкой в судьбе. Никто не предполагал тем вечером, не мог знать.

И до сих пор не верилось.

Подушечки его пальцев гладили мою щеку. А я не открывала глаз.

Конечно уже подумала!

– У тебя есть время до утра.

– А утром ты уйдешь?

– Я никогда не уйду.

Мне нравилось это слышать. Нравилось его упорство, его напор, его умение быть… таким.

– Спи. Завтра хороший день.

Мои глаза закрывались в удивительной неге оттого, что любимый запах, что это любимое тело, этот человек не исчезнет, не испарится, что он, наконец, пришел, чтобы остаться.

Счастливый седьмой раз, седьмой «доступ».

Засыпала я уже почти целой. Заживали прежние трещины, затягивались синяки, стягивались дыры, растворялись обиды. Сейчас в этих руках я излечивалась, исцелялась и становилась вновь целой и сияющей. Еще один такой день, и вместо меня имеет шанс родиться на свет новая Джулиана – счастливая. Кажется, я себя такой не помнила.