Две гордости или в космосе, всё, как у людей (СИ)

Я даже мог оценить его внешние повреждения. В какой-то момент я почувствовал, что «мусорщик» начинает вываливаться в неизвестной пространственновременной координате. Поле вокруг него начало ослабевать, и наши штурмовики «отлипли» от него и отклонились в сторону. Так как оба наших корабля были повреждены и все системы отключились, то начался процесс свободного дрейфа под действием ближайших гравитационных полей. Сейчас главное было не потерять Надин. Я кое-как начал двигаться, проверяя целость конечностей и способности организма. Надо срочно попытаться подключиться через аварийное питание к главному компьютру. Основные движки, конечно не оживить, но можно запустить малые маневровые и диагностику повреждений в целом. Вот, тарнский бипер! Плохо! «Птицу» уже не реанимировать. Пока я занимался всем этим, то упустил момент, когда шаттл Надин резко повело в сторону и он начал удаляться от меня. Нет! Её корабль был легче, так как на моём были установлены дополнительные лазерные доты и несколько тяжёлых ракет класса ”SRT-100”. Я среагировал вовремя, подключив малые маневровые и пытаясь догнать её. Через десять данов стало понятно, что нас затянуло в гравитационное поле малого спутника какой-то планеты. Плохи наши дела. Теперь рано или поздно, но мы упадём на него и скорее рано. Праматерь, что же делать?! Я сканировал эфир в поисках хоть какого-нибудь сигнала. Тишина. Стал звать Надин. Наверное, она без сознания, иначе бы уже ответила. Если бы она смогла очнуться и вовремя включить свои малые маневровые движки, то можно было бы смягчить падение, изменив угол вхождения в атмосферу или, даже, вполне удачно сесть, сохранив корабль. Я снова и снова звал её, но в ответ — тишина. Поверхность спутника была уже совсем близко и времени на принятие каких-либо действий с её стороны всё-равно не было. Осталось только одно... Я понимал, чем рискую, но выбора у меня не было. Я должен был её спасти! Резко изменив направление выхлопа малых маневровых, я бросил свою «птицу» в последний полёт. Мой корабль стал прослойкой между ней и поверхностью. Он как бы нёс на себе её шаттл и плавно входил в атмосферу спутника по спирально снижающейся орбите. Последнее, что я смог сделать, это включить аварийный маяк, на полную мощность активировать лётный комбинезон и подумать, что так и не подержал её за руку, не сказал, какие у неё красивые глаза и как она замечательно пахнет для меня.

Шёпот. Навязчивый, противный, не дающий выспаться, снова и снова зовущий меня по имени.

То, что я увидела на экране, привело меня в ужас: на меня неотвратимо надвигалась поверхность какого-то космического тела. Времени на попытки реанимации систем корабля не было.