Две гордости или в космосе, всё, как у людей (СИ)

На этот раз, я почувствовала себя тепло и уютно и почти сразу же провалилась в сон без сновидений. Проспала я ещё часов шесть. Проснулась, и сразу же проверила, как Аден. Дыхание мне его не понравилось. Надо напоить его хоть чуть-чуть. Сделав ему из концентрата напиток, я осторожно приподняла голову и постаралась напоить. Плохо. Как же тяжело жить в мире без нормальных тканей, без подручных материалов. Надо сделать поильник. На своём корабле ломать я ничего не могла, а вот на остатках его, можно попытаться найти что-нибудь полезное. Приняв все возможные меры предосторожности, я отправилась за добычей. Бластер я теперь держала готовым к бою. Покопавшись на развалинах, я нашла тонкие гибкие трубочки, по которым подавалось что-то к сервомоторчикам привода кресла. Выдрав их, я постаралась найти ещё что-нибудь. Моё внимание привлекли обломки подставки для галоэкрана из какого-то пластика. Она разломилась на две полукруглые детали, и они были гладкими. Может, приспособлю для чего-нибудь. Порывшись, нашла под обломками странный предмет, очень похожий на бутылку. Это явно не из оснастки, тогда что это? Решила тоже прихватить с собой. Пора было возвращаться. На корабле меня ждал сюрприз: Аден не спал, но был в бреду. Он пока не понимал где он, кажется, думал, что ещё идёт бой. Мне пришлось вколоть ему успокоительное. Потом я продула и продезинфицировала добытые трубочки и, наконец, смогла испытать примитивный поильник. Хорошо. Аден даже смог глотать. Для восстановления ему обязательно нужна жидкость. В больницах ставят капельницы, а я, в полевых условиях, могу только напоить его. И я продолжила потихоньку давать ему тёплый напиток. Надо ещё раз осмотреть его левую руку, которая висит. С портативным сканером в руке я прошлась по руке и обнаружила перелом ключицы и разрыв связки. Придётся фиксировать. Перевязочный материал есть, а вот в качестве подложки или лубка подойдёт половинка от подставки для галоэкрана. Соорудив примитивную систему фиксации, я измерила его жизненные показатели. Обозначилось небольшое повышение температуры. В нормальном состоянии, температура тела здорового астерийца около сорока двух градусов, поэтому сорок три с половиной — это уже температура. Понятно, почему я так быстро согрелась и уснула. Я не знала, чем ещё себя занять. Помещение рубки было очень маленьким и особенно даже не расслабишься. Погода вроде улучшилась, но выходить мне было откровенно страшно. Иногда, я прислушивалась к местному «эфиру» и, даже, улавливала некоторые переговоры аборигенов. Мыслили они очень интересно - не словами, а образами. Наверное, это похоже на восточную иероглифическую письменность, в которой зашифрованы не буквы, а целые образные понятия.

Я посматривала на Адена.