Двойной латте в дождливый день
Теперь мой вид наверняка был не менее удручающий, чем у Кнопки. То есть Айви.
Я случайно заметил ее сегодня через окно. Хотя сложно было не заметить девушку, которая сначала падает посреди тротуара, а потом возится в грязной луже. В огромной толстовке, с влажными волосами, в намокших кедах и рваных, грязных джинсах она выглядела такой беззащитной и хрупкой, что прозвище Кнопка пришло на ум само собой. Но больше всего меня привлекли ее глаза. Большие, необычайно синие, полные грусти и одиночества.
Вот почему мне захотелось развеселить ее. Я ведь тоже, когда только переехал сюда после крупной ссоры с родителями, чувствовал себя потерянным и одиноким.
Я взялся за ручку двери в свою комнату, потянул на себя и обнаружил, что она заперта.
Закари, мой сосед-третьекурсник, мог месяцами ни с кем не встречаться и лишь метать в девушек злые взгляды, а потом запереться средь бела дня с какой-нибудь новой знакомой. В такие моменты я мог на сутки лишиться доступа к собственной комнате.
В комнате было тихо. Я выдохнул, со спокойной душой открыл ключом дверь и уже на пороге начал стягивать с себя промокшую одежду.
Остаток вечера прошел за мелкими домашними делами.
Я почти досмотрел фильм, когда раздался стук в дверь. Стоило открыть ее, как в комнату влетела зареванная и покрасневшая Мэл.
– Рэйден… Коул… он… он… бросил меня… по «Фейстайму»! – заикаясь, прохныкала она, а затем уткнулась мне в грудь и громко разрыдалась.
– Вот засранец… – протянул я и сочувственно обнял подругу.













