Двойной латте в дождливый день
Что это сейчас было?
Неужели я позволила плейбою-бариста называть меня кнопкой? Он точно ничего не подсыпал в этот бессовестно вкусный кофе?
– Ума не приложу, как можно давать такой очаровашке обидные прозвища.
Так-так-так. Он точно, абсолютно, стопроцентно ко мне подкатывает.
Я настолько хороша, когда позорюсь, копаясь в луже, или этот плейбой-бариста обыкновенный бабник? Делаю ставку на второе.
– Айви, – сменила я тему. – Айви Харт.
– Приятно познакомиться, Айви.
Рэйден протянул через стойку руку, и я пожала ее.
Мы зависли, как в дешевых подростковых мелодрамах.
Обидно. Но держать его за руку все равно было приятно.
Наше рукопожатие стало бы до неловкости долгим, если бы не звук нового уведомления на моем телефоне. Я разжала ладонь и полезла в карман. Рэйден прочистил горло и вернулся к своим обязанностям (давно пора).
Я смахнула блокировку и фыркнула. Дирк прислал видео, очевидно, с последней тусовки, прикрепив корчащий рожицу смайлик. Правда, из-за паршивой мобильной связи никак не удавалось загрузить видео.
– Рэйден, – я впервые позвала плейбоя-бариста по имени. – Дашь пароль от вайфая?
– «Ты не пройдешь» без пробелов, в конце нижнее подчеркивание, – продиктовал он, протирая столешницу.
– Как Гэндальф, что ли?
Рэйден засиял, как новенький цент:
– Ты знаешь Гэндальфа?
– Гэндальфа знают даже пингвины в Антарктиде.
– Тоже верно. Не знать его – страшное преступление, которое должно караться законом.
– О, ты фанатеешь по «Властелину колец?»
Рэйден загадочно улыбнулся и задрал футболку, частично обнажая подтянутый рельефный живот.
– Есть немного, – ухмыльнулся Рэйден и поправил футболку, заправляя под форменный красный фартук с логотипом кофейни.
– Запущенный случай, – фыркнула я и глотнула кофе. – Но не осуждаю.
Я бросила взгляд на рюкзак, лежащий на соседнем стуле. Он был весь увешан значками с атрибутикой по моим любимым фильмам и книгам.
– Тату? – ляпнула я прежде, чем поняла, что вопрос был вовсе не о ней.
Рэйден кивнул и хитро прищурил глаза. Понял, засранец, как я впечатлилась его подтянутым торсом.
Он свел брови к переносице и поджал губы. Я уже приготовилась к гневной тираде оскорбленного до глубины души толкиниста, но тут он оглянулся на только что освободившийся столик и направился к нему с тряпкой в руке. Нужно поблагодарить парочку, выходящую из кофейни, за то, что спасли мою бренную душонку от жестокой расправы.













