Эксцесс исполнителя

– Скажем так, я в курсе возможных сложностей.

– И тебя они, я смотрю, не пугают, – Декарт чуть приподнял бровь, демонстрируя свои сомнения в адекватности моей оценки потенциальной опасности.

– Так уж сложились обстоятельства. Ради этого разговора я готов рискнуть.

– И с чего ты решил, что я буду с тобой откровенничать? – невозмутимо осведомился Декарт. – Признаю, ты вытащил меня и моих людей из глубокой задницы, и это дорогого стоит, но ты человек Синдиката, а я черный старатель. Вообще-то, мы с тобой должны смотреть друг на друга исключительно через прицел, и пока ты не скажешь мне что-то такое, что заставит меня считать иначе, максимум на что ты можешь рассчитывать – это то, что я не выстрелю в тебя первым. Ты можешь счесть меня неблагодарной скотиной, и очень сильно ошибешься. Я отвечаю не только за себя. За мной стоят доверившиеся мне люди, и дело, ради которого они ежедневно рискуют своими жизнями. Подвергать их опасности я не в праве. Какими бы ни были твои мотивы, всё, что я тебе скажу может стать известно моим врагам. Мало того, я обязан считать, что переданная тебе информация не просто может, а обязательно станет им известна.

Чего-то подобного и следовало ожидать, так что к такому повороту беседы я был вполне готов. Поэтому, равнодушно пожав плечами, я выдал старателю заранее подготовленный ответ.

– Что бы я тебе ни сказал о своих мотивах и отношениях с Синдикатом, на слово ты мне всё равно не поверишь, и правильно сделаешь. Но ты даже не представляешь себе глубину моего невежества. Меня вполне устроит информация, о которой ты точно знаешь, что она уже известна руководству Синдиката. Но это ведь не означает, что она известна мне, бывшему беспризорнику, воспитаннику окраинного интерната и рядовому старателю.

– Не прибедняйся. Рядовой старатель не таскает на себе экипировку и оружие третьего поколения. Или даже не третьего? Я ведь так и не смог тебя тогда засечь своими сканерами.

– Это сейчас к делу не относится, – я отрицательно покачал головой. – Так ты готов ответить на несколько простых вопросов?

– Ну, спрашивай. Я ведь зачем-то сюда пришел.

– Кто такие черные старатели? Как ими становятся, и что это за дело, из-за которого они рискуют жизнями? Я, вообще-то считал, что вы ходите в Руины исключительно ради богатой добычи, которой не нужно делиться с Синдикатом.

– Как всё запущено… – удивленно вздохнул Декарт. – Рич, это ты так шутишь? Ты что, действительно всего этого не знаешь?

– Представь себе, да, – я кривовато усмехнулся. – В интернате, знаешь ли, этому не учат, городская инфосеть о вас информации почти не содержит, в детских уличных бандах на такие темы тоже не особо распространяются, а бывший лидер моей артели сообщил мне именно ту версию, которую я сейчас тебе озвучил.