Не кровный Брат

Кирилл привёл меня в кухню.

— Садись, — кивнул он на стул.

Пока я усаживалась, он включил чайник.

— Чай попьёшь сейчас горячий. Потом в душе согреешься ещё и в постель. А то заболеешь.

— Спасибо, — ответила ему трясущимися губами.

Искренне была ему благодарна. Он внимательно оглядел меня уже при свете.

— Ты от холода трясёшься или от страха?"

"— И то, и другое. Я байка твоего испугалась.

Сейчас, после стресса, я ничего не изображала и говорила то, что думала. Парень опять мягко рассмеялся.

— Гуффи, — покачал он головой. — Смешная… Он не кусается, я проверял.

— Я понимаю.

Просто такая скорость… Я никогда не ездила на мотоцикле.

— Я уже понял.

Кирилл принёс с дивана плед.

— Снимай куртку.

Я молча расстегнула неловкими пальцами молнию и отдала куртку хозяину. Он забрал её, а мне на плечи накинул мягкое одело.

Закипел чайник. Парень налил две чашки кипятка, одну из них разбавив немного прохладной водой из графина — не пью крутой кипяток, и он это откуда-то знает. Налил заварки, поставил чашки на стол, придвинул ближе мне одну из них. Сел напротив.

— Пей давай. Ты очень замёрзла.

Я молча пригубила горячего, но не обжигающего, напитка.

Внутри разлилось приятное тепло, и я замлела. Щёки мигом порозовели. Как хорошо, что теперь я дома, в пледе и с чашкой чая… Кирилл при этом к своей порции чая не притронулся, хмуро смотря в моё лицо.

— Что произошло? Почему он тебя в этом лесу бросил?

Я на миг прикрыла глаза. Знала, что он будет задавать вопросы, но всё равно оказалась не готова. Для него всё слишком очевидно. Он всё всегда обо мне знает, будто я открытая книга. Но я не могу это обсуждать. Только не с ним.

— Это неважно. Мы не будем об этом говорить.

Я встала со стула и попыталась улизнуть в комнату, но парень не намерен был меня отпускать. Он встал следом за мной, взял руками мои плечи и остановил.

— Мы будем об этом говорить. Я должен знать, почему эта падла бросила тебя в лесу и порвала твой топик. Я не слепой, и не глупый. Он приставал к тебе? Говори.

Кирилл ощутимо сжал плечи. Стало больно, я вдруг поняла, как устала от них обоих. Каждый давил на меня и тянул в свою сторону. Я просто взяла и заплакала. Прямо даже зарыдала, опустив голову. Громко.

— Эй, ну ты чего, Лиз? — мигом растерялся Кирилл, перестав сжимать меня.

Как и все мужчины, он не выносил женских слёз. — Я тебе больно, что ли, сделал? Ну извини, не рассчитал силу.

— Нет. Да, — высказалась я очень умно и содержательно сквозь поток слёз.

Кирилл потянул меня за руку. Сам сел на стул обратно, а меня вдруг посадил к себе на колени, обняв, как ребёнка. Так приятно и уютно было, даже не хотелось орать на него и убегать. Я бессовестно прижималась к нему и плакала в его футболку, пока он гладил меня по спине и ждал, когда моя истерика кончится.