Не кровный Брат

 — Хотела сказать ему, что больше общаться мы не будем. Но вышло иначе. Я не могла всё предвидеть.

Мне стало жутко неприятно от воспоминаний об этой истории. Хоть я и знаю, что Лизе были противны прикосновения этого урода, но он касался её. Касался моей девочки! И это злило меня и жгло изнутри каждый раз, когда я вспоминал об этом.

— Неважно, — рыкнул недовольно и Лиза с опаской покосилась на меня. Тише, Кирилл, ты сейчас её напугаешь и снова всё запорешь. Вдох-вдох… — Ты с ним бы не общалась, если бы я не запрещал тебе. Если бы я сказал, всё как есть, ты вообще к нему не пошла бы.

Ты была бы со мной, и не попала бы в эту историю. Это я виноват, что всё это… произошло с тобой.

Девушка удивлённо смотрела на меня.

— Ты винишь себя в этой ситуации? — тихо спросила она.

— Да, виню. Я это допустил. Надо было тебя заставить остаться дома, запереть, Я должен был уберечь тебя. Но не смог…

— Да нет… Ты не виноват. Это было моё решение. Ты же не можешь меня постоянно запирать, как пленницу. Я сама туда поехала.

— Потому что я тебя толкнул на это.

Сел рядом с ней и взял за руки. Посмотрел в глаза."

"— Лиз. Ну хочешь — ненавидь меня потом, но я скажу.

Я вёл себя, как урод. Ты абсолютно права, когда зовёшь меня говнюком и засранцем… Придурком, грёбаным Алладином… ну-ка напомни, кто ещё?

Лиза невольно прыснула и закусила губы, чтобы не смеяться:

— Всё, кажется…

— Да? Ну ладно, — облизнул пересохшие от волнения губы. — Так вот, вёл я себя так, потому что… Ну, короче…нравишься ты мне, Лиза. Очень. Давно. Я не мог найти сил и мужества признаться в этом не только тебе, но даже и себе. Мне и сейчас трудно это говорить.

Лиза тяжело дышала и попыталась вырвать ладони, но я не давал ей этого сделать.

Будто если она их сейчас отнимет, я её потеряю. Под моим горячим взором, она снова замерла на месте и руки её ослабли в моих. Её взволновали мои внезапные признания. В её голове не укладывалось моё поведение и чувства, которые я испытываю к ней на самом деле.

— Я листал этот блокнот и переживал всё то, о чём ты там писала, вместе с тобой. Тяжесть понимания своего душевного уродства меня просто задавила. Мне так стыдно перед тобой. Я представил, что ты чувствовала, когда думала, что я издеваюсь. Господи, да это даже звучит отвратительно…

— Представил, что я чувствовала? — Лиза зло усмехнулась.

Всё-таки отняла свои ладони, спрятав их у себя на коленях. — Ты оскорблял меня! Заставлял целовать, танцевать перед тобой, кроссовки чистила я даже. Как рабыня. Спасибо, что трусы свои не додумался заставить стирать. Думаешь, ты смог хоть часть тех унижений, что подарил мне, прочувствовать на себе?

Да, блядь. Она права, я тот ещё подонок. И назад всё не вернуть. Я понуро опустил голову.

— Прости…

— Прости? — вскочила она на ноги.