Фамильное древо
Выходит, о серьгах в потайном отсеке вор знал - но тогда он должен был знать и о защитном заклинании! То есть он, вполне отдавая себе отчет в своих действиях, украл вещь, которую никто, кроме меня и моих кровных родственников до второго колена, не сможет взять в руки! Зачем это могло понадобиться?
- А в своих ближайших родственниках ты уверена? - скептически уточнил бесстыжий одержимый.
Я представила себе чопорную леди Джейгор, крадущуюся на цыпочках к кабинету, и подавилась смешком.
- Разумеется, уверена. Тем, кто может носить серьги, достаточно просто попросить. Та же Джоана надевала их на свое совершеннолетие, а тетушка - на похороны старого герцога Джогрин… материальное положение у семьи вполне достойное, и продавать фамильные украшения точно никто не станет.
- Новый? - хмыкнул Кристор и, поймав краем глаза обернувшуюся к нам леди Джейгор, мимоходом взял меня за руку.
Я поспешно изобразила смущение и обеспокоенность.
- Разумеется, новый, - вежливо улыбаясь, ответила я. - Среди прислуги только трое человек служат дому Джейгор менее десяти лет.
- Скажите, какая верность, - пробурчал Кристор, которого моя речь ни капли не убедила.
- Кажется, ты не вполне понимаешь, о чем говоришь, - вздохнула я. - Они гордятся тем, на кого работают, и вполне довольны условиями - можешь интереса ради попытаться переманить кого-нибудь из горничных, сам увидишь, что из этого выйдет.
- Думается мне, уж ты-то не возразишь, даже если он пожелает лично допросить леди Джейгор, - гнусно хихикнул Кристор.
Я поспешно задержала дыхание, чтобы не последовать его примеру.
- Напротив, я бы с удовольствием посмотрела, как он попытается, - сделав акцент на последнем слове, с достоинством возразила я.
Кристор моргнул и машинально хлопнул себя по левой половине груди. Под рукой характерно зашуршала сложенная в несколько раз плотная бумага.
- Я же не могла открыто передавать тебе записи при леди Джейгор, - виновато прокомментировала я.
- Кошелек, надеюсь, на месте? - хмыкнул одержимый, и меня начало одолевать неимоверное искушение.
Но я героически сдержалась.














