Фамильное древо

Но, по совести, это могло быть следствием не столько незаконного перегруза, сколько плачевного технического состояния кораблей - хотя пометку для Рино я все-таки сделала.

Ближе к полуночи строки начали расплываться перед глазами. Я аккуратно сложила документы обратно в папку, спрятала туда же свои записи и стала готовиться ко сну.

И даже успела улечься в постель, печально глядя на незаконченный витраж в полукруглом окне, когда прямо посреди комнаты рывком расширился дымный овал портала и оттуда уверенно, будто имел на то полное право, шагнул мужской силуэт с бутылкой в одной руке и двумя бокалами - в другой.

Сначала я испугалась, но потом сообразила, что похитители вряд ли озаботятся вином для своей жертвы. А затем все-таки рассмотрела в полумраке спальни, кто пришел, и расплылась в глупой улыбке.

- У тетушки слух тоньше, чем у охотничьей собаки, - сразу предупредила я.

Его Высочество незамедлительно запнулся о ковер и звякнул одним бокалом о другой.

- Осмелюсь предположить, что она не станет возражать против моего присутствия здесь, - с нервным смешком сказал он, выровнявшись. - Надеюсь, что и Вы - тоже. Я позволил себе разорить личные запасы Рино, поскольку все приличное вино из своих уже проспорил ему же. “Каруна” двенадцатого года.

- Аргумент, - согласилась я.

Сидеть на кровати, кутаясь в одно одеяло на двоих, замирая при каждом постороннем звуке и шорохе - а древний особняк на них был щедр, как никогда, - хихикая, как парочка дебютантов, и распивая утащенное у старшего брата вино…

За мной ухаживало не так много людей, нужно признать, но все же их внимание казалось каким-то однотипным, одинаковым, хоть и приятным, - как алые розы, привезенные по приказу одержимого Аидана. А Третий был точь-в-точь как его букеты. Неожиданным, экзотичным на грани эксцентричности, и вместе с тем - вполне уместным.

С ним я чувствовала себя так, будто мне снова шестнадцать. Только теперь не нужно было изображать покорность и смирение, чтобы понравиться маркизу - которому, как выяснилось позже, от меня не нужно было ни того, ни другого.

Словно мне шестнадцать - и я действительно свободна и никому ничего не должна.

Его Высочество ушел перед рассветом. Тихо, изо всех сил стараясь не разбудить меня окончательно, забрал опустевшую бутылку и шагнул в портал, с какой-то безнадежной улыбкой обернувшись на прощание. Когда заклинание развеялось, я вздохнула и поплотнее укуталась в одеяло. Без Третьего в постели было холодно, но я все же смогла проспать еще пару часов, как только отделалась от мысли, что принцу стоило бы скооперироваться с Эрданом, чтобы незаметно покидать особняк под утро.