"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Меня этому учили…

– Ладно! – согласился Рамбай, осознав, что выгадал, получив возможность задать Лабастьеру лишний вопрос. – Стой, стой! – закричал он Сейне, которая уже наклонилась к думателю. – Другое спрошу. Пусть ответит, почему думатель такой умный? Что, все куколки такие умные, а когда становятся бабочками – глупеют?

На этот раз Сейне пришлось наклоняться к Лабастьеру несколько раз и выдавать ответ порциями:

– Возьмем шире. Гусеница разумной бабочки почти ничем не отличается от гусеницы насекомого. Только размером. Ее задача – поглощать пищу и расти.

Мозг у нее очень маленький, вмещающий только главные инстинкты. – («Ну, это не совсем правда, – подумала Ливьен. – Они все-таки посообразительнее, чем обыкновенные червяки. К тому же очень игривые, и вообще, симпатичные…») – Но вот гусеница достигла необходимой массы. Теперь она закукливается.

Куколка – это небольшой завод по постройке бабочки из накопленных гусеницей тканей. У насекомых этот процесс заканчивается созданием существа, единственной задачей которого является продолжение рода. Искать партнера, найти и зачать или оплодотворить, в зависимости от пола… У нас же куколка имеет и еще один этап развития – формирование мозга, несравнимого по размеру и сложности с мозгом насекомых.

Ты сам только что рассказывал, что после превращения очень быстро все усваивал, все понимал, но мало знал. Мозг был готов к работе, не было только информации.

А если сделать так, как сделали со мной – не дать куколке стать бабочкой как раз в период развития мозга, то процесс его увеличения и усложнения продолжается еще довольно долго. Мозг думателя примерно в четыре раза больше, чем мозг бабочки.

Но он изолирован. И каждая песчинка информации, благодаря оператору попадающая в него, обрастает таким слоем мудрости, что становится жемчужиной…

«А наш Лабастьер еще и поэт, – заметила про себя Ливьен, – но от скромности он явно не погибнет». Она улыбнулась, вновь прикрыв глаза. Голоса Рамбая и Сейны звучали успокаивающе, словно баюкая. Завывания ветра и шум воды снаружи теперь совсем не казались угрожающими.

Ей снилось, что она в своем городском гнезде. Она сидит на коврике учебной секции, а ее любимчик, богомол Ю, который почему-то одновременно был и Рамбаем, примостившись на ее плече, щекочет ей ухо тонкими колючими лапками.

Она, играя, легонько стукнула его пальцем по носу, а он в ответ пискнул ей на ухо, почему-то испуганным голоском самки: «Ли, просыпайся. Проснись!..»

Она встрепенулась. Сейна осторожно теребила ее за плечо.

Сон словно рукой сняло.

– Тсс. Рамбай сказал, чтобы мы приготовились к бою. Только тихо.

– Не знаю. Но я и сама чувствую опасность.