"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

И огромные предметы, наполнявшие его, не были похожи ни на что. Это была какая-то техника. Но странная, неземная техника. В то же время, казалось, что какая-то тайная жизнь теплится в этих переплетениях металлических труб, гроздях сфер и экранов… У Ливьен возникло ощущение, что кто-то подглядывает за ней. И ей стало страшно.

А особенно жутко ей стало, когда на идеально гладком полу она увидела останки бабочки – обглоданный временем костяк.

В своем нынешнем состоянии Ливьен не могла адекватно определять размеры предметов. Но скелет показался ей просто ОГРОМНЫМ.

В испуге она энергично «дернулась» в сторону и вылетела из горы на яркий солнечный свет.

Слишком яркий – от того, что тысячами алмазных искр он переливался на неестественно белой, словно стерильной, поверхности.

Ливьен не сразу сообразила, что это. До сей поры она видела только искусственный снег. Кому и зачем понадобилось делать его столько?..

Она двинулась над снежным полем, удаляясь от вертикали скалы, и вскоре обнаружила пропасть. Скользнула вниз. Тут равнина была уже не такой безжизненной. Еще ступень… «Лестница Хелоу!» – догадалась она.

И тут же увидела своих.

И себя. Собственное тело. Рядом сидела Сейна.

Ливьен обрадованно метнулась туда.

– Очнулась! Она очнулась! – закричала Сейна. И тут же затараторила: – Ли, ты была без сознания четверо суток! Я уже думала, ты не очнешься никогда! Ты не представляешь, как нам повезло! Личинка вышла в оболочке! Это – один случай на тысячи!

– Я была в пещере Хелоу, – еле слышно прошептала Ливьен.

Подлетевший на зов Сейны Рамбай произнес с благоговением в голосе:

– Он будет жить, возлюбленная мать моего потомка…

– Я была в Пещере, – повторила Ливьен и вновь закрыла глаза.

Слышишь, как муравьи поют, поют

Песнь о смерти своей звезды?

Видишь сна паутину? Ее плетут

Пауки, что зовутся «мечты»…

Ты открыла глаза, ты хотела уйти,

Только это – уже не ты.

Подняться Ливьен смогла только на следующий день. Сейна подвела ее к небольшому углублению в почве, наспех облицованному Рамбаем обожженной глиной. Там, в теплой, почти горячей воде лежал ее плод – полупрозрачный, напоминающий яйцо насекомого, пузырь.

Никаких материнских чувств Ливьен не ощутила.

Рамбай и оправившийся от ранения Дент-Байан ежеминутно вычерпывали из углубления немного воды, выливали ее в подогреваемую на костре посудину, а обратно добавляли столько же, но уже горячей, поддерживая тем самым необходимую для развития личинки температуру.

Ливьен склонилась над «яйцом». Внутри, изредка слабо пошевеливаясь, плавала свернувшаяся гусеничка.

– Я слышала раньше, что иногда, очень редко, ребенок начинает выходить прямо в оболочке, – обернулась она к Сейне, – но ведь ее тогда прокалывают…

– Рамбай не позволил мне этого сделать.