"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Скорость продвижения стала столь низкой, а холод столь невыносимым, что Ливьен усомнилась в верности их недавнего решения двигаться вперед.

Сияющая белизна под ногами подавляла волю, казалось, она высасывает из тебя последние жизненные силы. То и дело, зачерпывая ладонью снег, Ливьен набивала им рот, надеясь, что талая вода спасет ее от жажды. Но этого не происходило.

Она видела, как воспалились глаза ее спутников. Белки глаз стали розовыми и покрылись кровавыми трещинами…

Случилось это внезапно. Упав на колени, Сейна принялась тереть глаза, повторяя:

– Я не вижу! Я ничего не вижу!..

Вернется ли к ней зрение или этот процесс необратим? Они не знали. Но они надеялись. И Рамбай, достав из ранца обрывок спальника, соорудил из него ленту и повязал ее Сейне на глаза.

– Надо смотреть по очереди, – сказал он после этого.

Глаза себе завязали и Ливьен, и Дент-Байан. Единственным зрячим остался Рамбай. Остальные двигались вслепую, держась за чехол, волоча его из последних сил, спотыкаясь и падая. Через полчаса Рамбай снял ленту с глаз махаона и повязал ее себе. Поводырем стал Дент-Байан.

Похоже, это был правильный ход. Из троих больше никто зрения не потерял.

Спутались ночь и день, явь и бред. Сколько понадобилось им времени, чтобы доползти до отвесной стены? «Дежурной зрячей» в тот момент была Ливьен, но и она не смогла бы ответить на этот вопрос, спроси ее кто-нибудь…

Да, они находились на последней «ступени». И, если верна легенда махаонов, вход в Пещеру находится где-то здесь. Но плато обширно, чтобы пройти его полностью вдоль стены, понадобится столько времени, сколько им уже не прожить. Хотя…

– Стойте! – скомандовала Ливьен. – Снимите повязки.

Рамбай, болезненно щурясь, огляделся, сорвал повязку с Дент-Байана. Надеясь, что зрение вернулось к ней, сняла тряпку с воспаленных глаз и Сейна, но тут же, натянув ее обратно, без сил повалилась в снег.

– Мы должны разделиться, – высказала свою идею Ливьен. – Рамбай, ты пойдешь влево, я – вправо. Остальные останутся тут.

– Ты права, самка, – прохрипел Рамбай и сел.

Он назвал ее «самкой», а не «возлюбленной женой своей» и не «матерью его наследника»… Но ей было не до обид. И стало ясно, как он вымотался – самый сильный и выносливый из них. На протяжении всего пути он брал на себя все наиболее трудное и тяжелое. Он меньше всех спал и больше всех трудился… Когда он называл ее «возлюбленной женой», она нередко испытывала раздражение. Сейчас же, наоборот, неожиданный прилив нежности заставил ее шагнуть к нему, опуститься рядом и поцеловать в потрескавшиеся губы.

Может быть, это их последний поцелуй…

Сейна тем временем ощупью нашла застежку на чехле Лабастьера и, отогнув края, утонула головой в складках флуона. Дент-Байан тронул плечо Ливьен. Она оглянулась.