"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Но ты не такая… Что ж, я отвечу тебе так, как понимаю это сама. – Не часто настоятельница была столь добра, обычно зарвавшиеся воспитанницы успокаивались ею с помощью электрического разряда. – Когда-то наш народ, народ махаон, был вынужден содержать огромное количество счетчиков-координаторов… Ты, надеюсь, знаешь историю?

– Да. Счетчикам помогали бессрочники – несчастные изгои нашего племени…

– Верно, дитя мое. Изгои, без которых невозможно было обойтись. Не лучше обстояло дело и у маака. Они уродовали своих детей, превращая их в думателей… И мы, и они жили по законам, противным Богу. И Он прислал нам своего внука, который умеет быть везде одновременно. «Бог есть Любовь, – сказал Лабастьер Первый. – Живите же, не искажая Его путей»…

«Шестой постулат. Я слышала его тысячу раз, – подумала Наан. – Все это нам рассказали, едва мы вышли из куколок…» Но настоятельница продолжала, впадая в легкую экзальтацию:

– И он один заменил собою всех счетчиков и всех думателей мира. Он навсегда прекратил рознь маака и махаон. Он думает за всех нас и находится в тысяче мест в один и тот же миг. Везде, где он нужен. Везде, где нуждаются в его помощи…

Она остановилась, как бы заставляя себя успокоиться, а затем продолжила, понизив голос:

– Но и он нуждается в любви, не так ли? Однако нет ни одной самки, которая могла бы быть с ним везде одновременно. – «Это что-то новое» – насторожилась Наан и стала слушать внимательнее. Но Дипт-Шаим уже заканчивала. – Потому-то в каждой точке, где выполняет он свой тяжкий труд, с ним находится одна из верных возлюбленных жен его – махаон, урания или маака… Возможно, ты станешь одной из них. Не счастье ли это?.. А теперь – спи.

Наан закрыла глаза. Как ни странно, слова настоятельницы успокоили ее. И теперь, прислушиваясь к дождю и ветру, она улавливала в них мотив колыбельной. И она мягко окунулась в ватное забытье, без сновидений, но с ощущением облегчения.

…Императорский антиграв, описав эффектную дугу в прозрачном безоблачном небе, приземлился на площади возле Храма. В том, кому принадлежит аппарат, сомнений не возникало: он был украшен копией знаменитого гигантского перстня бескрылых предков, покоящегося ныне в могиле Давшего Имя.

Взволнованный шелест пробежал по рядам встречающих Невест. Каждая из них благоухала, была одета в приготовленный специально для этого случая наряд, а натертые воском крылья, хотя и потеряли некоторые свои аэродинамические свойства, но ослепительно сверкали и переливались на солнце.

Десяток сопровождающих императора воинов-ураний, с телами, покрытыми золотистой пыльцой и лиловыми набедренными повязками, опустились рядом с антигравом.