Идеальный вальс

Лорд и леди Торн вместе со своими друзьями заняли ложу прямо напротив них. Там же Себастьян заметил графа Римавски в небрежно наброшенном на плечи черном меховом пальто с подкладкой из алого шелка.

Мало кто из зрителей, занявших свои места в ложах, следил за действием на сцене. Они махали своим друзьям, осматривали толпу, приставив к глазам лорнеты, смеялись и довольно громко разговаривали. Большинство леди, одетые в роскошные наряды, садились как можно ближе к краю лож, чтобы все присутствующие смогли восхититься их туалетами, драгоценностями и прическами.

Леди Элинор тоже заняла место впереди, но совершенно по другой причине – она хотела лучше видеть то, что происходило на сцене, а вовсе не для того, чтобы кто-то рассматривал ее мешковатое серое шелковое платье, лишенное всяких украшений, и волосы, стянутые в тугой пучок на затылке.

Себастьян восхищался тем, как настойчиво она следовала своим принципам. Было что-то интригующее в таком последовательном отказе леди Элинор подчиняться устоям, диктуемым обществом, решил он. Себастьян всегда восхищался людьми, сильными духом.

С другой стороны, это могло быть продиктовано всего лишь несгибаемым упрямством.

Где заканчивается одно и начинается другое? Он затруднялся ответить.

– Вот вы где, – Джайлс просунул голову в дверной проем, ведущий в их театральную ложу. – Должно быть, вы приехали сюда чертовски рано, – заявил он, не считая нужным понизить при этом голос.

– Тссс! – зашипела леди Элинор.

Джайлс только усмехнулся, его голова исчезла.

– Только после вас, леди.

– Добрый вечер, мистер Рейн, – шепотом произнесла мисс Фейт Мерридью. – Мы пропустили начало?

Она поспешила пройти вперед и уселась недалеко от леди Элинор, оставив между ними одно пустое кресло, затем пристально уставилась на сцену.

– Мистер Рейн, – выступила вперед компаньонка и с презрением предложила два нежных пальчика для легкого рукопожатия. После чего она взяла небесно-голубой плащ мисс Фейт, который та небрежно бросила на пустое кресло, и повесила его, а также свой собственный, на крючки в задней части театральной ложи. На ее лице застыло обычное кислое выражение.

Себастьян сглотнул. Он знал, кто войдет следом за ними.

Мисс Мерридью вошла, одетая в соблазнительный бархатный плащ цвета красного вина.

Глубокий насыщенный цвет усиливал очарование золотистых волос, окутывавших ее, словно драгоценность. Она послала ему обаятельную улыбку и прошептала:

– Добрый вечер, мистер Рейн.

Себастьян едва выдавил из себя хриплым голосом:

– Могу я взять ваш плащ, мисс Мерридью?

Она склонила голову, повернулась и медленно повела плечами, позволив роскошному темно-красному материалу соскользнуть с ее мягких оголенных плеч прямо в его ждущие руки.

Себастьян снова сглотнул.