Идеальный вальс

Она стояла навытяжку, как негнущийся маленький стержень. Через некоторое время он мягко позвал:

Она раздраженно на него набросилась:

– Я не давала вам разрешения... ой!

Джайлс потянул ее вниз на свои колени. Какое-то мгновение она боролась, затем уселась прямо и неподвижно.

– Мистер Бемертон, это совершенно неприлично! – прошипела она.

– Да. Хотя и забавно. Помните шкаф? Там тоже было забавно, не так ли, Элинор? – последовала долгая пауза, после чего он спросил: – Почему вы не воспользовалась шляпной булавкой?

Она посмотрела в сторону и сжала губы.

– Вы можете применить ее сейчас, если хотите, конечно.

Дрожащим голосом она спросила:

– Мистер Бемертон, почему вы это делаете? Невозможно, чтобы вы меня желали. Так почему же вы насмехаетесь надо мной таким образом?

– Элинор, я над вами не насмехаюсь, поверьте мне. – Джайлс нежно откинул ее назад на свои руки и очень нежно поцеловал в ее трепещущие губы. – Вы не имеете представления о том, что возможно, а что нет. – И снова поцеловал ее, уже менее нежно.

Она негромко застонала. Ее рука колеблясь, поднялась к лифу платья, а затем, дрожа, остановилась у основания его шеи и скользнула в его густые золотистые волосы.

... Витаю с сонмом вечно светлых духов

Над мрачною и суетной планетой,

Зовущейся Землею у людей...

Хоуп стояла, глядя на Лондон, силуэт которого освещался нежным лунным светом и газовыми лампами на улицах. Себастьян осторожно обернул ее в восхитительно мягкий плащ из бархата. Хоуп показалось, что тяжесть ткани нещадно давит на нее, хотя на самом деле это было не так.

Она повернулась к нему лицом, довольно бледным в свете газовых ламп, но все же решительным. Он ожидал от нее слез, но она его удивила.

– Я должна принести свои извинения, – заговорила Хоуп севшим голосом, в котором угадывался лишь небольшой намек на дрожь. Она выглядела невыразимо красивой и очень одинокой.

Себастьяна сглотнул.

Она приподняла бровь и сказала со слабым оттенком горького сарказма:

– Разве прилично испытывать страх только потому, что вас заперли в шкафу? В простом, обычном, безопасном шкафу. Даже без намека на какого-нибудь жалкого паучка?

Он налил бренди в бокал и протянул ей.

– Иногда наши страхи берут над нами верх независимо от того, сколько усилий мы прилагаем для борьбы с ними.

Она взяла бокал своими хрупкими пальчиками и посмотрела на него.

– Шкаф! Что за жалкое существо может испугаться простого шкафа? – она закрыла глаза, пряча свое отвращение. – И ведь я была в нем не одна. Что обо мне подумает леди Элинор?

– Это вовсе не ее дело – что-либо думать, – прорычал Себастьян. – Вы не должны расстраиваться из-за таких мелочей, вы меня слышите? Теперь выпейте бренди.