Идеальный вальс

Я знаю, как сильно вы любите оперу...

– О, ничего, все в порядке, – небрежно прервал ее Джайлс. – Леди Элинор и я не впустую потратили это время, пытаясь узнать друг друга получше, не так ли, леди Элинор?

Леди Элинор густо покраснела. Она обратилась к Хоуп:

– Я волновалась за вас.

– Спасибо. Это... это... так глупо с моей стороны. Я просто не могу находиться в замкнутом темном месте.

– В этом нет ничего глупого, – проворчал Себастьян позади нее.

Его слова согрели ее. Так же, как и его рука, лежащая на ее спине всю дорогу, пока они шли к своим местам.

– На что это похоже, близняшка? – спросила Фейт задумчивым голосом, когда они готовились ко сну тем же вечером.

Фейт сворачивала свою сорочку и не выглядела смущенной.

– Когда ты влюблена, – она приподняла голову, – ведь ты влюблена в мистера Рейна, не так ли?

– Я знаю, что ты позволила ему поцеловать себя. Я поняла это, как только ты вошла в ложу. – Она вздохнула. – О, Хоуп, ты светилась так, словно тебя изнутри освещали сотни свечей. Такая красивая и такая счастливая. И это после пережитого ужаса... – Она мягко улыбнулась. – Это должна быть любовь. Такая, как обещала мама.

Хоуп кивнула и внезапно прослезилась, судорожно обнимая свою сестренку.

Она никогда и ни с кем не чувствовала того, что почувствовала с Себастьяном.

– И он тот, о ком ты мечтала и кого видела во сне?

Фейт от изумления открыла рот.

– Как ты можешь говорить, что мечта не имеет значения? Имеет. Еще как имеет!

Она выглядела действительно несчастной.

Хоуп покачала головой. Она никогда не забывала волшебное ощущение от вальсирования в лунном свете в объятиях мужчины из своего сна, но ее такой большой, хмурый, дорогой Себастьян никогда не будет вальсировать так, словно два человека в танце сливаются в одно целое.

– Нет, мечта была только мечтой. А мой Себастьян реален. Восхитительно реален, и наша любовь настоящая.

– Но я думала... если мечта... – Фейт запнулась. – Он сказал тебе это? Произнес те слова?

Хоуп покачала головой.

– Еще нет. Но он скажет.

– Думаю, я тоже влюблена. Мне кажется, граф Римавски может оказаться тем единственным, Хоуп.

Хоуп не знала, что сказать. Фейт была ослеплена, но любовь...

Фейт посмотрела на сестру полужалким, полувзволнованным взглядом, затем кивнула.

– Не знаю. Полагаю, это так. Я... я им восхищаюсь. Когда я с ним... я чувствую... небывалый восторг. Ощущаю себя на краю чего-то ужасающего, как будто на краю огромной пропасти, и все же не могу сдержаться, чтобы не броситься туда.

Фейт загадочно посмотрела на нее и порывисто вздохнула, устраиваясь на кровати.

– Разве это не замечательно? Все эти годы мы мечтали о том, чтобы влюбиться, и теперь, в конце концов, это случилось. Мы обе влюбились, причем одновременно.

Хоуп улыбнулась в ответ.