Идеальный вальс

Хоуп размышляла над возникшей проблемой. Она совсем не понимала, почему ее сестра могла восхищаться красавцем графом, – не считая музыки, но Фейт так же не понимала, почему ей самой нравился мистер Рейн.

– Ты испытываешь к нему нежные чувства?

Та покраснела еще сильнее, но покачала головой.

– Слишком рано об этом судить.

– Будь осторожна, сестренка, хорошо? – посоветовала Хоуп. – Ты его плохо знаешь. И ты очень добросердечная. Тебе надо хорошенько охранять свое сердце, пока не встретишь подходящего мужчину. И ты должна быть уверена, что он подходящий.

Фейт искоса посмотрела на нее.

– Ты плохо знаешь мистера Рейна, и все же, что я только что видела там, у ивы? Ты позволила ему поцеловать себя.

Сестра в ужасе выпалила.

– Нет! Я не позволяла никому себя целовать!

– Я видела это, сквозь ивовые листья, ты повернулась к нему и подняла голову! Я никогда не видела, чтобы ты так смотрела. Ой, Хоуп, на что это похоже: испытывать такие глубокие чувства к мужчине?

Та грустно ответила.

– Я не узнаю. Он мной не заинтересовался.

– Это правда. Он сказал мне прямо в лицо. Он приехал в Лондон с единственной целью: ухаживать за леди Элинор Уайтлоу.

– Значит он не тот, – успокаивала она. – Я не думаю, что этот так.

Они подошли к Джеймсу и Грейс, ожидающим их на ступеньках дома двоюродного дедушки Освальда. Грейс ударила молоточком. Ниблет, пожилой дворецкий, открыл дверь, и, зная его любовь к сплетням, девочки не сказали больше ни слова, пока не оказались наверху.

В тот момент, как они остались одни, Фейт продолжила. – Любой человек, который настолько запугивает своих сестер, не может подходить тебе.

Хоуп была ошеломлена горячностью обыкновенно нежного голоса сестры. – Что ты имеешь в виду? Я не заметила, чтобы он плохо обращался с сестрами.

– Не тогда, когда присутствуем мы. Но ты должна была заметить, как Касси изменилась, когда он оттащил ее от воды.

– Но это не все. Она не могла вытерпеть его прикосновения. Это было заметно. И, – ты видела это, я знаю, – она носит нечто похожее на нож, притороченный к ноге! И что это говорит о мистере Рейне, а?

Хоуп нахмурилась, и медленно сказала.

– Я тоже думала об этом ноже.

– А малышка Дори настолько молчалива и испуганна, бедное дитя. Что-то должно было случиться, что сделало ее такой. И знаешь ли ты, что несколько кусочков того твердого, старого хлеба так и не пошли на корм уткам.

Девушка нахмурилась.

– Да! Я не думаю, что Грейс заметила это, но я видела ясно; Дори тайно положила в карман черствый хлеб. Тут что-то не так, а эти бедняжки находятся на попечении своего брата, мужчины, про ужасную репутацию которого миссис Дженнер говорила. Мне жаль, что ты грустишь, Хоуп, дорогая, но я рада видеть тебя свободной от его когтей.

Она положила руку на плечо сестры, и честно сказала.