Идеальный вальс

Спустя мгновение девушка спросила:

– Почему вы решили довериться мне?

Бемертон пожал плечами.

– Для чего нужны друзья? Я узнал, что вы его осуждаете. И понимаю, что Себастьян скорее отрежет руку, чем примет жалость, поэтому он не объяснился с вами. Но назвать его подлым эксплуататором детских страданий! – он тихо засмеялся. – Если вы когда-либо пожелаете, спросите любого владельца фабрики на севере о детишках-рабочих Себастьяна Рейна, он в ярости сплюнет.

– Сплюнет в ярости? Почему?

– Рейн вводит свои порядки. О, он платит такую же заработную плату, но не нанимает никого из малышей. И он кормит их завтраком, обедом и ужином. Ничего изысканного, но ни у кого из его маленьких рабочих не сводит живот от голода, как у него в свое время. И раз в неделю они посещают школу, где учатся писать и читать, а также арифметике. Кто поумнее, учится больше. Рейн говорит, что никогда бы не поднялся с фабричного пола, если бы не провел первых несколько лет в школе. Блестяще управляется с цифрами. Так или иначе, все эти преобразования сделали его крайне непопулярным среди владельцев фабрик. Они видят в нем опасного радикала, которого требуется остановить.

У Хоуп в памяти вдруг всплыли слова миссис Дженнер: «Лорд Этеридж сказал, что Себастьян Рейн крайне опасный человек... интересы его лежат в хлопковой отрасли и, бог знает, где еще». Но что подразумевал под словом «опасный» лорд Этеридж, миссис Дженнер было невдомек.

– Я так ошиблась, осудив его, – сказала девушка, мучаясь раскаяньем. – И даже не дала ему шанса объясниться.

– Как бы то ни было, он не стал бы, – заметил Джайлс. – Слишком горд. Не выносит жалость.

– Я так его унизила. Он должен презирать меня.

Джайлс задумчиво ее рассматривал.

– Вы, должно быть, обнаружили его истинные чувства к вам. Все, что я прошу, не раскрывайте эти сведения другим. Он скрытный человек, и ему будет ненавистно, если его история станет достоянием сплетников.

– О, никогда, – заверила его Хоуп. – Ни одной душе.

Мысли ее путались от того, что она услышала. Но на сердце было легко от воспоминаний, как он защищал Джайлса от драчунов. Мальчик, который вступался за слабого, ставши взрослым, никогда не станет запугивать маленьких девочек.

Как только кончился танец, Хоуп, не теряя времени, отправилась на поиски мистера Рейна. Он стоял около окна, глядя наружу, и выглядел угрюмым, холодным и одиноким. Сердце ее тянулось к нему.

Девушка глубоко вздохнула, подойдя прямо к нему, и коснулась его рукой. Когда он повернулась, она сказала:

– Мистер Рейн. Я глубоко сожалею о том, что сказала вам прежде, и прошу прощения, что покинула вас во время танца. Мне не следовало так несдержанно себя вести.