История злодейки

Сорочку с моих плеч безнадежно стянули, и я со стоном наслаждения подставляла голую грудь под клеймящие и кусающие поцелуи, пока руки с небольшими мозолями приятно царапали нежную кожу на бедрах, которые подол сорочки более не скрывал.

Так и не открывая глаз, я крепко обнимала бедра мужчины, зарывалась пальцами в густые волосы и тянула его к своим губам, в отчаянном желании вновь ощутить этот восторг на грани опасности. Столь… опьяняющий, дурманящий и вызывающий зависимость коктейль и ассоциации острой бритвы на языке, который ощущала только с ним. От поцелуев и прикосновений, которого, слетали все моральные запреты и принципы. В руках которого не существовало больше ничего, кроме этого мгновения, словно он создавал отдельную, закрытую реальность, в которой были лишь мы и это сумасшествие…

— Бог мой!!! — услышала я вскрик, в котором было столько боли, неверия и ослепляющей обиды, что я вздрогнула. Резко подняла веки, встретившись взглядом с ярко-голубыми глазами на лице короля, и сама едва не закричала, совершенно забывшись. — Нет… — затрясла Ванесса головой, со слезами отчаяния на глазах, которыми пораженно наблюдала, как ее любимый ласкает другую.

И этот же человек, обернулся на девушку, что горько плакала в дверях, за которыми маячил лекарь, в котором никогда не было нужды. С убийственной и яростной интонацией, хриплым, но голосом короля и его лицом, человек практически прорычал:

— Пошли прочь! — рявкнул он так, пока я большими глазами видела оглушающую боль от разбитого сердца, которую сейчас испытывала Ванесса. Отшатнувшись, как от пощечины, едва не сбив лекаря, девушка зарыдала, закрыла лицо ладонями, а после стремительно убежала прочь.

Судорожно причитающий лекарь, раскланялся в извинениях и прикрыл за собой дверь.

Еще какое-то время я смотрела на закрытую дверь, ощущая странное онемение, словно сейчас совершила что-то настолько подлое и мерзкое, от чего мне уже никогда не отмыться. Вероятно, так и было…

— Тори, — услышала я вновь и резко повернула голову, посмотрев уже в знакомое и привычное лицо мага, отдаленно порадовавшись, что это не лицо Костаса. Встретившись со мной взглядом, он очень серьезно произнес: — Ты спасла ей жизнь, понимаешь? Ты только что спасла ей жизнь.

— Но какой ценой? — тихо спросила я. — Будет ли ей нужна такая жизнь?

— Это ее выбор. Только от нее зависит, насколько она дорожит своей жизнью. Ты подарила шанс. Все, что произойдет с графиней дальше — не будет на твоей совести.

Я с горечью усмехнулась, но спорить не стала, хотя имела свое мнение на этот счет. Игра началась, и отступиться я не могу. Как бы больно и тошно от самой себя сейчас ни было.