Хозяйка Мельцер-хауса

 – Он будет работать в самом поместье. В библиотеке.

Августа от удивления чуть не выронила ложку, которой она соскребала со дна кастрюли остатки подливки, и разразилась смехом, который никак не могла остановить, пока его не сменила икота, так что Эльзе пришлось шлепнуть ее по спине.

– Какая… какая же… какая хитрющая… А с виду тише воды ниже травы, – с трудом переводя дыхание, выдавила Августа. – Вот вам и верная супруга… вот вам ее сострадание… – не унималась Августа.

– Ведь поговаривали, что Элизабет фон Хагеманн хочет переехать в поместье в Померании? Дядя Рудольф умер, а сын, который у них остался, не хочет там…

Теперь и у Ханны в голове завертелась эта мысль. Так значит, фрау фон Хагеманн хотела уехать в Померанию, взяв с собой мужа и свекровь со свекром и прихватив еще господина Винклера.

– Муж ей нужен для того, чтобы управлять имением, свекровь она поселит где-нибудь по соседству, а господин Винклер будет навещать ее каждый день в библиотеке. Ловко же она все продумала!

«Просто великолепно, – рассуждала про себя Августа. – И кто бы мог подумать, что Элизабет фон Хагеманн способна на такое!»

– Ну, теперь она может отплатить мужу той же монетой, – проговорила Эльза и тут же поджала губы.

– Он это заслужил, – сердито проговорила повариха. – Но все же мне его жаль, бедняжка. Госпожа пригласила его и его родителей на рождественский ужин. А поскольку он не захотел прийти, то и родители остались дома.

– А почему он не захотел прийти? – удивилась Эльза.

– Ну и тупа же ты, – ответила Августа. – Да просто потому, что он безобразен. Я бы и куска не смогла проглотить, сидя за одним столом с таким…

Гумберт прошел на кухню, тоже позволив себе небольшой перерыв, прежде чем снова вернуться наверх и спросить господ, чего они изволят.

– Повар у нас выше всех похвал, – доложил он. – Жаркое нежное и сочное, а соус просто песня.

Фанни Брунненмайер восприняла это как само собой разумеющееся. Она сама лучше всех знала, довольна она своей работой или блюдо ее подвело. В данном случае ее не устроил только картофель в мундире, который ей не удалось подать так, как она хотела: с растопленным маслом, посыпав сухой петрушкой.

– Поставь на стол большую миску, Гумберт, – приказала она. – А ты, Эльза, налей в нее горячей воды из чайника. А вы возьмите формы для пудинга и принесите из кладовки три банки с консервированными фруктами. Ну давайте же, пошевеливайтесь. А ты что, Августа? Прилипла задом к скамейке?

Она хлопнула в ладоши и снова окунулась в свою работу, которая была ее великой страстью. Десерт был апофеозом меню. Только бы пудинг легко отошел от формочек и выглядел аккуратно.

– Ну что, Бруннемайер, скоро будешь гонять одну Эльзу, – съязвила Августа.