Хозяйка Мельцер-хауса

Время от времени слабый ветер раздувал серые клубы, сметая с дорожки тех загадочных призраков, и Мари на какой-то короткий миг увидела перед собой лужок, скамейку, серо-голубой кедр. Она старалась не сводить глаз с тропинки, обходила глубокие лужи и ручейки: очень не хотелось прийти в бюро с мокрыми ногами.

К сожалению, делать там было нечего, так как производство стояло. Было закуплено несколько вагонов хлопка-сырца, но сельфакторы, оставшиеся на фабрике, все время выходили из строя. Предложение Эрнста фон Клипштайна вложить деньги в новые машины было, конечно, разумным. Но в какие машины? У них были чертежи ее отца, по которым можно было построить современный кольцепрядильный станок, но разбирать эти чертежи было трудно, кроме нее и Пауля никому это пока это не удавалось.

Она остановилась и обернулась. Вилла почти полностью была скрыта туманом, виднелась лишь часть серой крыши и слегка выступающий портик. На третьем этаже светились три окна – видимо, Китти приступила к работе. Скоро в Мюнхене состоится выставка ее картин, и она усердно работала над своими идеями. Как же повезло Китти, что она так легко могла удовлетворить свою одержимость делом!

Мари снова охватило мрачное настроение. Наверное, все из-за погоды. Этот мерзкий туман. Ну и до этого расставание в холле. Весной Лиза тоже покинет виллу, и никто не знал, куда в один прекрасный день занесет Китти. Тогда она, Мари, останется одна с Алисией и близнецами.

«Послушай, – сердито сказала она себе. – Что бы ни случилось, ты сохранишь фабрику для своих детей. Это дело всей твоей жизни, и ты с ним справишься».

Она отвернулась и решительным шагом направилась к воротам. Справа и слева от нее проносились черные призрачные деревья, протягивая к ней свои ветви и как бы жалуясь на унылую погоду. Мари торопилась, она опаздывала, фон Клипштайн, вероятно, скоро позвонит на виллу, чтобы узнать, не встретить ли ее на машине.

Наконец показались ворота. Широкие кованые железные ворота были открыты нараспашку. Густав был слишком занят своими собственными планами, чтобы снова закрыть их после того, как через них проехала машина.

Она остановилась, потому что в воротах показалась мужская фигура. Темная, в пелене тумана, она возникла посреди дороги. Может, почтальон? Нет, у него не было почтовой сумки. Может быть, рабочий с какой-нибудь просьбой? Да, это было возможно. На нем была фуражка и – насколько она могла разглядеть – не было пальто, он был одет только в тужурку.

– Доброе утро! – громко сказала она, чтобы скрыть свой страх. – Чем могу вам помочь?

Он шел к ней медленными шагами, не обращая внимания на лужи. Мари стало не по себе, потому что незнакомец двигался как-то скованно. Его фигура показалась ей странно знакомой и в то же время чужой.

Она замерла.