Когда закон бессилен

Ну, Зяблов, — зло обратился он к далекому сейчас Полковнику, — держись! Я тебе, гниде, покоя не дам. Не вытерпишь ты, сам засветишься! Когда закон бессилен, будем играть по твоим правилам, Константин Федорович!

Полный человек, затравленно оглянувшись, вбежал в подъезд. Подбежал к лифту, нажал кнопку и со страхом смотрел на входную дверь. Послышались шаги. Полный человек вжался спиной в дверь лифта. Двое молодых людей, о чем-то негромко переговариваясь, не обращая на него никакого внимания, повернули к лестнице и начали подниматься. Облегченно вздохнув, полный человек достал платок из кармана.

Дверь лифта с шорохом отодвинулась. Потерявший равновесие человек, взмахнул руками и сел на пол. Ойкнув, рассмеялся.

Взбежавшие на третий этаж парни бросились к лифту и прижались спинами по обе стороны двери. Через несколько секунд лифт поднялся. Полный человек, улыбаясь, вышел. Стоявший справа парень стремительно шагнул вперед и накинул ему на шею тонкий шнур удавки. Захрипев, человек вскинул руки. Другой парень мощно ударил ногой. Носок кроссовки попал в солнечное сплетение. Полный человек, дернувшись, бессильно уронил руки.

— Помоги, — пытаясь удержать сползавшее тело, выдохнул парень с удавкой. Второй ухватил ноги жертвы и попятился назад. Подойдя к двери с номером восемнадцать, задом толкнул ее. Она открылась.

— В ванную! — скомандовал подскочивший к ним мужчина в очках.

Растогин в халате и шлепанцах вошел в кабинет и сел к столу. Включил настольную лампу. Положив руки перед собой, пальцами коснулся фотографии молодого человека в траурной рамке.

— Андрей, — прошептал он, — сынок.

По морщинистым щекам потекли слезы.

— Это я виноват во всем, — всхлипнул Растогин.

 — Но я обещаю, сын, — слизнув языком с губ слезы, проникновенно сказал он— твой сын, мой внук, будет иметь все.

— Интересно, — положив вытянутые ноги на стол и задумчиво рассматривая огонек зажигалки, пробормотал Роман, — на кой черт мы потребовались Монарху?

— Не пойму, почему тебя это интересует, — усмехнулся Руслан, отбросив в сторону экспандер. — Он всегда отлично платил за работу. Уж мы-то это знаем. И ранее, когда рубль правил в социалистическом обществе, и трижды сейчас, когда балом правит доллар. Так что все равно.

Тем более…

— У тебя на уме одно, — сказал Роман, — деньги.

— А что же еще меня должно волновать? Ты занимаешься этим из-за чего? — Руслан насмешливо взглянул на подельника. — Просто развлекаешься? Или все же работаешь за деньги? А ты что думаешь? — повернулся он к вошедшему в комнату Стасу.

Стае засмеялся. Не отвечая, плюхнулся в глубокое кресло, взял со столика запотевшую банку пива.

— И все же я думаю, вам тоже интересно, зачем нас вызвал Монарх, — поочередно посмотрев на обоих, заметил Роман.