Когда закон бессилен

Ко мне три дня не ходи, — Граф быстро пошел к остановке

«Идиот, — мысленно обратился он к бегущему на трамвай Зубру. — Если бы не эти козлы на "жигулях", все было бы просто. Я бы тебя из "макара" охранника шлепнул, и наган тебе в лапу. Мусора через сутки знали бы, кто с ним по кассам девять лет назад гулял. И кассира бы вологодского на тебя повесили. Вместе они нас не видели. Связи между нами найти не удалось бы. А сейчас караул получается, — увидев нужный автобус, Граф приготовил билет. — Мне валить надо. Уже завтра Москва получит результат экспертизы. Менты сразу ко мне нырнут, и привет, пишите письма, — пропустив женщину, Граф вошел на заднюю площадку.

Сегодня ночью забираю бабки, дипломат и валю. Пусть ищут, суки. "Макар" у охранника я правильно прихватил. И с коттеджем классно вышло». Он довольно улыбнулся. Наскоро набросав план налета, он вчера вечером знакомился с местом. Вот и наткнулся на заброшенную стройку.

Граф улыбнулся, вспомнив, как всполошились двое бомжей. От них он и узнал, что стройка прервана на некоторое время, а начал ее один из московских тузов для своей старушки матери. Бомжи оказались на удивление информированными.

Они знали даже имя и фамилию пензенского товарища московского господина. Он удивил их необычной просьбой съездить в Лунино и вечером вернуться. Граф жестко усмехнулся. Он бы убил обоих бичей, так же как и Зубра, но теперь все изменилось. У него в запасе оставалось чуть более суток. Раньше уголовка не успеет получить проверку на пули.

Увидев, что пассажиров в автобусе двадцать три и рядом с ним никто не сел, Филимон остался доволен. Завтра он будет в Саратове. Два дня на изучение распорядка майора Зимина, который наверняка эти дни будет выяснять, почему взорвалась машина с его людьми.

Поудобнее устроившись в кресле, Филимон закрыл глаза. В Москву возвращаться тоже нет смысла. Задание он не выполнил, пчеловод жив. Обычно Филимон не допускал брака в своей работе, но убийством Адама он перечеркнул это дело. Сейчас главное — не дать Зимину вычислить его. Что будет делать дальше, он не знал. Да это и не беспокоило. В услугах убийц нуждались во все времена.

Феоктистов сидел на кровати и внимательно рассматривал фотографии. Отложив последнюю, покачал головой, усмехнулся.

— Что скажешь? — спросил сидящий за столом Басов.

— А что эксперты? — повернулся к нему капитан.

— И время смерти, и позы, и раны, совпадают, — недовольно ответил подполковник. — Кроме ранения в спину. Нож вошел как бы сверху. При ударе, сам знаешь, рана колотая.

— А свидетели? — спросил Феоктистов.

— Все поют в унисон, — буркнул Басов. — Поэтому я им и не верю. Они будто выучили сказку о добром молодце, погибшем от предательского удара в спину. Тем более эти трое, которых он убил, из его же команды.