Когда закон бессилен

 — Вы не подскажете, как мне найти дом номер десять?

— Какая улица? — остановился он.

— Ой, — смутилась женщина. — Извините. Улица Калинина.

— Вон туда, по переулку. Там и есть Калинина. Выйдете к гастроному и вправо. Тут недалеко.

— Большое вам спасибо, — облегченно вздохнув, поблагодарила женщина.

— Да не за что, — улыбнулся он. — Вы, наверное, приезжая?

— Да, в Саратове впервые.

— Видите, Петр Аркадьевич, — закрывая дверь палаты, вздохнул врач. — Она в постоянном напряжении. Постоянно чего-то боится. Все время плачет. Ее вчера осматривал гинеколог. Слава Богу, плод развивается нормально.

Но если…

— Я понимаю, — перебил его прокурор, — и написал человеку, которому Ирина наверняка поверит. Кто он, не спрашивайте, — Ивачев виновато улыбнулся, — и постарайтесь понять меня правильно.

— Вы, как говорится, от чистого сердца можете поделиться с кем-нибудь из своих коллег, но у Зяблова, к сожалению, везде есть глаза и уши. А я бы не хотел, чтобы Константин Федорович узнал об этом.

— Что?! — крикнул в радиотелефон побледневший Зяблов. — Что ты сказала?!

— Я никогда не была с вами на «ты», — услышал он холодный голос Валентины, — и поэтому попрошу обращаться ко мне соответственно.

— Но послушай, Валюта, — заискивающе начал Константин Федорович — ведь…

— Больше не звоните, — перебила его Валентина.

— Я знаю! — закричал он. — Ты никак- не можешь простить мне… — услышав гудки отбоя, с руганью отбросил радиотелефон. — Редин мертв, — вытирая внезапно вспотевший лоб, пробормотал он. — Отчего он умер? Тварь, не могла сказать! — он быстро встал. Забыв о руке, торопливо надел спортивный костюм. — Рахим! — крикнул он. Тот тут же вошел. — Усиль охрану! — приказал Зяблов.

 — Кто- то занялся нами, — с тревогой добавил он, — Касыма убили, Редин труп. Усиль охрану!

Рахим кивнул и выжидательно установился на хозяина.

— Все, — махнул рукой Зяблов. Рахим выскользнул из комнаты.

«Кто же Редина убил? — бился в голове Константина Федоровича вопрос. — Неужели из-за этого? — он вздрогнул. — Точно. Редин послал людей или купил кого-нибудь, чтобы с Касымом покончить, а тот, в свою очередь, в Москве кого-нибудь нашел. Но тогда и до меня добраться могут, — сняв вспотевшие очки, протер их. — Но ведь никто не знает, что я оплачивал дорогу.

До Саратова их вел Зимин. Но платил-то я. А если поймут, что это я их по той дороге направил? Впрочем, уже поняли бы. Да и всегда по ней ездили, — успокоился он. — Но что же там случилось? А может, у Ивана инфаркт? Сердце-то у него слабое, больное было. Ну ладно, — вздохнул он, — сейчас главное, чтобы пчеловод этот номер милиции не сообщил. А то Федьку возьмут, и он сразу расколется. Да и Зимина если прихватят, он меня с потрохами сдаст. Так что сейчас главное — Волошин».