Когда закон бессилен

Выстрел, казалось, подстегнул Хряка, Не разбирая дороги, ломая вытянутыми руками подсолнухи, он быстро продирался вперед. Филимон схватил валявшийся пистолет, навскидку выстрелил и тут же бросил его на землю.

— Кто это? — спросил он дядю Степана, осевшего на землю рядом с Толиком.

— Племянник мой, — хрипло ответил он. — Обещал, что найдет тех, кто убил его жену и дочь, — кивнул он на лихорадочно перезаряжающего ружье Дмитрия. — Они…

— Откуда здесь милиционер? — перебил его вопрос Филимона.

— Если бы не он, — простонал дядя Степан, — нас бы убили. Петьку, — он всхлипнул, — убили, племянника жены моей.

— Гады! — Дмитрий щелкнул курками двустволки. — Сволочи!

Граф резким ударом ноги в живот согнул его и, вырвав ружье, отбросил его в сторону.

— Протри ружье, — посоветовал Филимон. — Мы сейчас уйдем, — взяв валявшийся около дяди Степана бинт, начал перевязывать его поверх рубашки. — Вызовем врачей и милицию. Что будете говорить, решайте сами.

— Кто вы? — спросил дядя Степан.

— Проезжающие мимо. — Филимон закончил перевязку. — Услышали выстрелы, потом крик и пришли.

— А почему с ними? — подозрительно посмотрел в неясное в темноте лицо Хирурга дядя Степан.

— Они, — имея в виду его племянника и остальных, сказал Граф, — просто появились одновременно с нами.

— Это так, — подтвердил Филимон. — А сейчас, ради Бога, извините, но задерживаться мы не можем. Сразу, как доберемся до телефона, сообщим в милицию и в «скорую».

— И прими добрый совет, — кивнул в сторону согнувшегося и обхватившего живот руками Дмитрия, — сказал Граф, — свяжи этого придурка, а то он и тебя пристрелит.

«Вообще-то правильнее было бы перебить их, — подумал Филимон. — И сделать так, будто они поубивали друг друга. Но пока Бог на его стороне, — взглянул он на Волошина. — А посему пусть живет».

— Так вот ради чего вы нас вызвали, — усмехнулся Роман.

— Не только за этим, — отсмотрев красноярских, покачал головой Растогин. — Первую часть задания вы провалили.

— Просто все получилось внезапно, — пригладил жесткой ладонью свои кудри Руслан. Его смуглое лицо выразило досаду. — Собственно…

— Забудем, — буркнул Павел Афанасьевич, — Надеюсь, что это у вас получится лучше.

— Собственно, — решился высказаться черново-. лосый здоровяк, — мне не по нутру…

— Вот что, Стае! — раздраженно сказал Растогин. — Мы работаем уже давно. Я платил вам даже тогда, когда вы проваливали мои заказы. Лучшее тому подтверждение…

— Мы сделаем все, о чем вы просите, — поспешно сказал Роман.

— Доброе утро, — заглянув в спальню, поздоровалась Галя.

— Здравствуйте, — лежавший на кровати с замотанной бантом грудью Знаменский вздохнул.