Конго Реквием

Ее слова казались влажными от избытка слюны – несомненно, результат нейролептиков, которые она глотала со вчерашнего дня. Обычно эти медикаменты сушат горло, но Мэгги, напротив, начинала от них хлюпать, как слизняк.

– Разумеется, информация не должна просочиться.

Эрван представил себе весь клан, серый, как гранит, сгрудившийся плечом к плечу под мелким зимним дождем у могилы, – и его затрясло еще больше.

– Он говорил с тобой, верно? – спросила она спустя несколько долгих секунд.

Ее голос по-прежнему звучал как плеск ночного пловца в ледяных волнах.

Мэгги поднималась по течению.

– У него не осталось выбора, – ответил он, неожиданно бахвалясь, чтобы не показать свою слабость. – Мое расследование дела Кати Фонтана…

Он замолчал: Мэгги разразилась смехом.

– Тебе это кажется забавным?

– Прости… – пробормотала она. – Я смеюсь, потому что истины не существует. Или, скажем, больше не существует…

– Ты ошибаешься. Я только что приехал из…

– Я вырастила тебя как своего сына, Эрван. Я любила тебя, как Лоика и Гаэль. Безусловно, даже немного больше.

Я всегда помнила, что я перед тобой в долгу…

– Потому что ты подстроила смерть моей матери?

Мэгги внезапно подняла голову, В полутьме ее выпуклые глаза уставились на него.

– Твой отец сказал тебе только то, что знал сам…

– Твой отец был сильным, смелым, волевым, – заговорила она бесцветным голосом, – но в глубине души он оставался испуганным ребенком. Лицо Кати ужасало его и притягивало в одно и то же время. В его глазах оно символизировало худшую из угроз, но и то, чего у него никогда не было и чего он страстно желал: материнскую любовь.

Часть его существа жаждала ее нежности, ее привязанности. Другая стремилась ее уничтожить.

Эрван пришел не для того, чтобы выслушивать грошовый психоанализ.

– Тебе не нужно его защищать, – возразил он. – Я достаточно о нем знаю, чтобы судить самому.

– Нет. Ты не знаешь. Ты…

– Ты еще встречалась с де Пернеком?

Вопрос вырвался сам. Чтобы закрыть дело, нужно разобраться с каждым из действующих лиц – то есть определить его место, по эту сторону жизни или по ту.

– Дорогой мой, – сказала она мягким голосом, – ты должен понять… Это не лучшие воспоминания.

– Так ты его еще видела или нет?

– Нет. Но я с ним несколько раз связывалась, ничего не говоря твоему отцу.

– Именно из-за самого Грегуара. Только де Пернек знал причину его психоза.

Эрван с трудом представлял себе это лечение на расстоянии, прописанное сообщником-убийцей.

– То есть он через тебя лечил папу?

– Нет. Я имею в виду всего несколько звонков на протяжении десятилетий.