Конго Реквием

Лишнее ожидание – лишнее мучение, а значит, тем лучше для торга. Но с Лоиком он не знал, с какой ноги плясать. Был ли тот действительно в ломке? Или, наоборот, под мощным приходом кокса? Или же просто кайфовал от ощущения власти, которую дает бабло?

Барыга подозревал, что тот вооружен, – сам-то он был, но кому нужно устраивать бойню посреди мягкой зимней ночи.

– Что ты делаешь? – спросил Лоик, готовый взорваться.

Дилер только что взялся за мобильник.

На самом деле Микки звонил своим подручным, которые трахались в каком-нибудь фургончике по соседству. Горели все тревожные лампочки, но Лоику хотелось сыграть на грани, до упора испытав судьбу.

Прошло несколько секунд, после чего он продолжил:

– Так у тебя есть товар?

И точно – именно в этот момент за спиной распахнулась дверь и его схватили два телохранителя. У него только хватило времени заметить странную деталь: один из них был настолько же высок, насколько другой мал. Гигант врезал ему кулаком в живот. Лоик сложился пополам, рот наполнился кислым. Времени сблевать не осталось: колено коротышки пришлось ему прямо в челюсть. Настоящий бальный номер современного танца.

Боль превратилась в свинцовый ком, удар – в черную дыру, ослепив его до мелькания звездочек где-то вдали, в самой глубине мозга. И однако, он напряг мускулы и отбросил обоих головорезов. Пистолет был уже у него в руке и направлен на Волдыря.

– Забыл, кто я, пидор? – бросил он, взводя свой девятимиллиметровый.

В вагончике все замерло, но Микки сохранил спокойствие. Он только примирительно махнул рукой своим церберам, как арбитр, разводящий по углам борцов на ринге.

– Твой отец умер, а брат в больнице, – прошипел он, не сводя глаз с Лоика.

 – Ты что думаешь, у меня телевизора нет? Если выстрелишь, загремишь на двадцать лет в каталажку, как любой козел. Ты теперь никто, Морван.

Он забрал со стола деньги – «оставайся с носом», – потом приказал двум скотам:

– Выбросьте отсюда это дерьмо.

Лоик сделал пистолетом круговое движение: первый, кто дернется, первым и получит. Том и Джерри заколебались.

– Я говорил не о моей семье, – бросил он, – а о моих бабках. Ты что, ушел из бизнеса? Три тысячи – это только закуска.

Микки вытянул шею над столом с заинтригованным видом:

– Чего тебе на самом деле надо?

– Личные документы, в том числе карточка с группой крови.

Цену назначишь сам.

Дилер хлопнул в ладоши и расхохотался:

– Ни хрена себе, а Санта-Клаус-то в этом году явился пораньше!

Иногда в самом сердце кошмара вдруг распахиваешь глаза в надежде увидеть свет, жизнь, реальность. Сюрприз: стенами комнаты оказываются еще одни закрытые веки, и распахнуть их невозможно, а ужас повсюду, запертый вместе с тобой в клетку.

С морфином нечто подобное.