Конго Реквием

Любуясь, как алые брызги разлетаются по белой стене, в манере Джексона Поллока, Лоик отступил, завороженный тем, что оказался быстрее, и пораженный наивностью самого психиатра.

Как человек с таким интеллектуальным потенциалом мог подумать, что его добыча полезла в подобную ловушку невооруженной? Наркоман со стажем, который пошел на риск передоза, чтобы стать троянским конем? Выживший из вырезанного клана? Сын Грегуара Грозного? Мания величия лекаря его и сгубила. Фальшивый паспорт Лоика был всего лишь уловкой: он ни секунды не надеялся обмануть Ласея. Он знал, что медик узнает его и прикончит подальше от чужих глаз.

Ласей упал на колени с гримасой изумления. Несчастный мудак все еще не верил. Его пушка валялась рядом на расстоянии вытянутой руки, но он был слишком занят, зажимая пальцами рану и пытаясь удержать еще несколько секунд жизни.

Ласей упал головой вперед к ногам Лоика. Последняя судорога подбросила его в луже собственной крови. Лоик отстранился, посмотрел на бритвенное лезвие в своей руке и улыбнулся: после передоза и ночей на химических препаратах его рефлексы ничуть не пострадали.

В этом простом факте он увидел обнадеживающий знак. И таких знаков было еще немало. Рожденный из смерти, он шел к жизни, и та расстилалась перед ним.

Он встал на колени и вложил в руку говнюка режущее оружие. Мерзкая манипуляция в кровавой грязи, где смешались пальцы, гемоглобин, металл… Он схватил девятимиллиметровый и отступил, чтобы посмотреть на труп. Есть надежда, что сойдет за самоубийство: после трагедии с ускользнувшим подопечным директор спецбольницы мог решить, что пора ставить точку. Но на самом деле ему было плевать.

Виар со товарищи замнут дело и проследят, чтобы никто не ворошил тлеющие угли.

Лоик порылся в карманах мертвеца и нашел пульт от видеокамер. В коридор, даже не бросив взгляда на поверженного врага. Он был во втором состоянии, в чем-то вроде галлюцинаторного транса, но легкого и размытого, который вызывал у него ощущение, что он скорее летит, чем идет.

Главным было выбраться отсюда и сбежать через ланды. Прекрасный крупный план для финальных титров.

Запах травы и соли, сиреневая тень высокого дуба на краю сада, прилив. Снова на Бреа, несколькими месяцами позже.

Весна чувствуется повсюду. Дольки света и сумасшедшие запахи. Брат в шезлонге, наконец-то оправившийся от ран, – и даже голос к нему вернулся. Три часа пополудни. Лоик принес поднос с аюрведическим чаем и керамические чашки. Эрван скорчил гримасу. Их смех затерялся в солнце, потом они принялись молча потягивать напиток.

Лоику удалось выбраться из Института Шарко без проблем. Он даже сумел заглянуть в свою палату и забрать одежду с паспортом, а затем растворился в сумерках.