Король арены

— Слушай, я, как и ты, проснулся минут сорок назад. Что и где я мог узнать?

— Ларри, мы точно друзья?

— Да, не вопрос, — отмахнулся я от чересчур назойливого приятеля, соображая, куда у меня подевались две новых пары трусов, купленных в дорогом магазине.

Они с виду, шёлковые, но продавец обещал, что по удобству и прочим важным делам, они не хуже «семейников» по удобству будут.

— Тогда я должен тебе признаться.

— Надеюсь, не в любви, — попытался я шуткой разбавить чрезвычайно важный и серьёзный вид Федра.

Тот в ответ лишь головой помотал.

— У меня есть родовой Навык — Длинное Ухо, — прошептал он, подойдя ко мне совсем близко, — Помнишь, когда мы грибы собирали, я слушал, чем та парочка занимается. Так вот, я всё до словечка и до вздоха мог услышать.

— Ничего себе! — вырвалось у меня.

Теперь ясно, откуда мой приятель новости добывает. С таким талантом достаточно прогуляться под окнами любой общаги, и услышишь массу интересного.

— Ты обещаешь, что никому не проболтаешься?

— Клянусь Релти! — выдал я самую авторитетную клятву этого мира.

— Мог бы и без этого. Теперь я тебе клятву должен, — огорчённо крякнул Федр.

Осень пришла в Белговорт внезапно и разом. Ещё вчера был неплохой солнечный денёк, а сегодня всё в тучах и порывы резкого холодного ветра срывают с неба редкие капли дождя.

К счастью, в комплект нашей формы входит двуслойная мантия с капюшоном, и она изготовлена таким образом, что внутренний её слой всегда остаётся сухим.

Наше с Федром появление в аудитории прошло незамеченным. Одноклассники, причём и парни, и девушки, были заняты куда как более интересным делом — они поочерёдно разглядывали Эмгану и Южину, севших довольно далеко друг от друга. Хоть многие и старались это делать незаметно, но трудно скрыть сравнивающие взгляды, когда голова вертится, как флюгер.

Скинув мантию, я начал её сворачивать, чтобы уложить в парту, но замер, увидев реакцию Федра. У него полезли глаза на лоб и отвалилась челюсть. Причём пялился он вовсе не на девчонок, а мне на грудь. Исподтишка кинув взгляд на тужурку, я не увидел ничего криминального. Всё, как всегда.

— Федр, ты в порядке? — вполголоса спросил я у друга.

— Э-э-э… Твой Знак, — просипел он в ответ, и шумно глотнул слюну.

— Вот же он, на груди, — наклонил я голову, чтобы убедиться, что Знак на месте.

— Он голубой… — уже громче сказал Федр, справившись с пересохшим горлом.

Не сразу, но в аудитории наступила тишина, а потом началось паломничество. Все ребята, кроме Лиховской, столпились перед нами и начали обсуждать редкое зрелище наглядного благословление богини.

— Студенты, что происходит? — раздался от дверей строгий голос преподавателя математики и геометрии, — Почему вы не на местах?

— У Ларри Ронси Знак окрасился.