Коварная ложь

Кто знает, что еще он скрыл от меня?

– Ты наняла частного детектива? – спросил я Делайлу, просматривая на ноутбуке свою переписку с сингапурским дипломатом.

На самом деле я никогда не хотел создавать «Прескотт отель». Это была ответственность, которую я взял на себя, поскольку мне нужны были деньги для всех других моих проектов. Мое искупление. Мою благотворительность. Месть. Я создал «Прескотт отель» на незаконные деньги, строя новые отели, покупая и переделывая старые по всему миру.

Но этот проект в Сингапуре.

Два года назад во время разведывательной поездки по Азии самолет совершил вынужденную посадку в Сингапуре.

Мы с Делайлой поужинали на крыше самого высокого здания. Чувствуя себя богом, взирающим на огоньки машин и зданий внизу, я решил, что хочу его.

Я хотел купить это здание и переделать его в отель. Даже когда началась вой на торгов против «Блэк Энтерпрайз» и я понял, что покупка обойдется мне дорого, я не отступил. Мы пожали руки, обменялись электронными письмами со всеми ведущими подрядчиками Азии и организовали встречи с дюжинами местных поставщиков.

Я чувствовал, что проект у меня в руках, и если бы мог ощущать счастье, то, наверное, это было оно.

– Ты наняла детектива? – повторил я, когда стало ясно, что Делайла проигнорировала меня.

Она задержалась перед моим письменным столом с маленьким стаканчиком греческого йогурта в одной руке и биоразлагаемой ложкой в другой.

– Да, хозяин. Он свяжется с нами, как только что-то найдет, хозяин. Могу я сделать еще что-нибудь для вас, хозяин? Помассировать руки, хозяин? Покормить с ложечки, хозяин? Записать на ежегодный осмотр простаты, хозяин?

– Замечание принято и проигнорировано.

 – Я свернул файлы по Сингапуру и открыл папку по Гидеону. Пробежался взглядом по торговым данным «Уинтроп Текстиль», пытаясь понять, что мне в них не нравится.

Делайла вернулась к своему огромному письменному столу бренда «Парниан», который мы переправили сюда через несколько дней после встречи с командой дизайнеров.

– Шантилья просила о встрече, и прежде чем ты попросишь меня передать какие-нибудь сообщения, нет. Я не твой секретарь.

Проигнорировав ее последние слова, я выдавил:

Я закрыл документ, зная, что ничего не найду, если уж Комиссия ничего не нашла.

Прежде чем я успел остановить их, мои пальцы набрали адрес «Инстаграма» Эмери. У нее было три подписчика, ник @TheInaccessible, куча постов со словами, которые, я был уверен, просто не существовали, и биографией, где было написано «сотрите здесь, чтобы прочитать мой стат ус».

Помимо этого – никаких ее фото. Единственная двадцатидвухлетняя девица на этой земле, которая никогда не делала селфи.

Мать вашу, идеально.

Мне пришло в голову, что я ничего не выиграю от дружеских заигрываний с Эмери.