Коварная ложь

 – Я рискнула взглянуть на него, пытаясь понять выражение его лица. О, Нэш. – Так вот почему ты был зол все это время? Ты думал, что я предала твою семью?

Значит, он считал, что я несла ответственность за смерть Хэнка.

Поток жалости захлестнул меня. Я тут же подавила ее, зная, что Нэш возненавидит меня, если узнает.

– Я задаю вопросы. Такова сделка. – Машину заполнило беспокойное постукивание его пальцев. – Вопрос номер три: где Гидеон Уинтроп?

Я ущипнула себя за бедро, надеясь проснуться от этого кошмара. Каждый вопрос был хуже предыдущего и уж точно не стоил поездки в Истридж и свидания с Вирджинией.

Что бы там ни было с доступом к трастовому фонду.

– Это просто вопрос, Эмери.

Я ненавидела своего отца, но я также любила его. Это была яростная любовь. Безусловная. Чистая. Чудесная. Постоянная. Я была зла на него, так чертовски зла, но он все же оставался моим папой, вне зависимости от того, разговаривала ли я с ним.

– Успокойся. Я его не трону.

Мои глаза распахнулись.

– Я даже не говорила ничего такого. Ты что, планировал причинить ему вред?

Я вспомнила сбитые костяшки, с которыми он возвращался домой. Папе было далеко за сорок.

Против Нэша у него не было никаких шансов.

– Честно? Я не верю, что ты не станешь трогать папу, но во всем остальном? Да.

Он пробормотал ругательство и потер лицо ладонью.

– Я знаю, в чем состоит сделка. – Мне нужно было выиграть время. – Дай мне один день.

– Я скажу тебе. Обещаю. Просто дай мне время.

Может быть, я могла предупредить папу, для чего нужно было поговорить с ним. Я осознала, как сильно забилось мое сердце при этой мысли, как сильно я соскучилась по своему отцу.

Я съехала вниз по сиденью, обрадовавшись тому, что Нэш выехал на дорогу.

– Почему ты не приехала на похороны папы?

– Это один из твоих вопросов?

– Считай это бонусом за то, что я вожусь с тобой. Я должна была столько, особенно учитывая, что я не была уверена в том, что выдам ему адрес папы.

– Рид попросил меня не приходить.

Нэш пронзил меня взглядом, на этот раз затормозив посреди дороги.

– Он сказал тебе не приходить?

– И да, и нет. Я знаю, что вы похоронили Хэнка в его родном городе, но Рид вырос в Истридже. Он хотел, чтобы и там было что-то. Мы, очевидно, не могли разделить гроб, но он попросил меня похоронить урну с любимыми вещами Хэнка в середине лабиринта.

Пока вы хоронили Хэнка, я закопала урну. Прямо перед статуей Геры.

– Его джерси с «Пантерами». Блок стикеров, которые он везде развешивал, – улыбка тронула мои губы, – его любимые солнцезащитные очки, те, которые он постоянно терял, когда носил. Книга, которую он читал нам с Ридом, когда мы были маленькие. Корону короля выпускного, которая тебе не нравилась, но твой папа считал ее забавной и повесил на стену.

– Так вот куда она делась.