Коварная ложь

Дверь номер два перенесет меня в тот день, когда я познакомилась с Нэшем Прескоттом, в конце концов влюбилась в него и испытала боль, которой не знала до этого. Хочешь знать, что я выбрала?

Потолок: Я в совершенстве владею молчанием. Прошу, выучи этот язык.

– Я выбрала дверь номер два. Голубой человек похлопал меня по плечу и сказал, что это правильный выбор. Очевидно, дверь номер один – плохое место, а дверь номер два – хорошее. Я нелепа, потолок?

Потолок: Учитывая то, что ты разговариваешь с неодушевленным предметом и представляешь себе его ответы, это более чем нелепо, мы входим на этап принудительного заключения в психушке.

– Просто… все в моей жизни лгали мне, и я обещала себе, что никогда больше этого не допущу. Если только смогу. Папа, то есть Гидеон, лгал мне большую часть моей жизни.

Потолок: То есть человек, который воспитал тебя как собственного ребенка?

Я проигнорировала жужжание над собой.

– Вирджиния лгала мне всю мою жизнь. И Бальтазар, но кому до него какое дело?

Потолок: Вау. Мать, которую ты ненавидишь, и чувак, которого до прошлой ночи ты считала не более чем жутким придурком, лгали тебе. Кажется, ты сильно переживаешь по этому поводу. Возьми платочек.

– Да пошел ты, потолок. Какое противное жужжание. – Я изобразила на одеяле снежного ангела, воображая себе, что это одеяло из пентхауса Нэша. Одеяло порвалось, когда мои пальцы попали в дыру. – Хэнк лгал мне о своей болезни. Так же как Бетти и Нэш.

Потолок: Похоже, они достаточно заботились о тебе, чтобы избавить тебя от боли и не дать тебе наблюдать за тем, как он умирает.

– Это было бы болезненно, но гораздо хуже не иметь возможности любить его так, будто каждый момент мог стать последним. Я бы столько всего сделала иначе.

Потолок: Если бы эта минута была последней для Нэша или тебя, ты бы осталась тут, раздражая меня до невозможности?

– Ты что-то сказал? Я тебя не расслышала. Ватные палочки кончились этим утром. – Я прижала дыру в одеяле, как будто могла затянуть ее прикосновением. – Знаешь, что такое «хирайф»?

Потолок: Нет, но я уверен, ты мне скажешь. Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала.

– Это тоска по дому, в который ты не можешь вернуться, по дому, которого, может быть, никогда не было. Это ностальгия, тоска, скорбь по потерянным местам прошлого. Мне всегда казалось, что это самое печальное слово в словаре.

Потолок: Этот разговор заслуживает названия. Тогда он станет самым печальным словом в словаре.

– И в длинном списке лжи, которую я даже не могу осмыслить, все завязано на «Уинтропском скандале». Если подумать об этом, единственный, кто не лгал мне в лицо, это Рид.

Потолок: Парень, про которого ты когда-то думала, что влюблена в него? Лицемерно, поскольку ты так и не призналась ему в этом… и Нэш никогда ничего тебе не говорил.