Кстати, о птичках, или Возьму принца в хорошие руки!

И…

Мне казалось, что мой принц — холодный и бесстрастный? Кто же знал, что льдисто-голубые глаза могут смотреть… так.

— Так значит, ты не хочешь свадьбы во дворце? — спросил вдруг он, а я поспешно шагнула назад. Все-таки вокруг слишком много людей. И не только людей.

Я представила торжественную церемонию с реверансами и напыщенными придворными, где не дай бог сделать неверный шаг, и тряхнула головой.

— Точно нет! — и вздохнула. — Я знаю, знаю, что ты принц, и у тебя есть обязательства. Просто…

Да. Просто — хочется, чтобы не надо было в этот день ни на кого оглядываться и ничему соответствовать. Я это умею — соответствовать. Я точно справлюсь. Просто…

— Ты хочешь на Лирку? — серьезно уточнил Лиам.

Я посмотрела вокруг. Здесь было… по-настоящему здорово и как-то очень по-человечески тепло. И все, кто собрался сегодня, желают молодым счастья искренне, не держа за пазухой камней и без всяких условий и подтекстов.

— Пожалуй, нет, — определилась я наконец. — То есть да, я хочу, чтобы все друзья и коллеги тоже отпраздновали с нами, но — потом. Я бы хотела… — я помолчала, опустив глаза, и наконец решилась. — Я, пожалуй, хотела бы, чтоб это было только наше. Для нас двоих.

Вокруг вдруг стало тихо, и я не сразу поняла, что произошло. Вот только что мы стояли в шумной толпе гостей, а теперь…

Теперь оказались на крыше дворцовой башни — той самой, где сидели, лопая пирожные, в наше первое свидание. И где-то внизу, у нас под ногами, сияла бесчисленными огнями столица Наора.

Лиам щелкнул пальцами, и неподалеку от нас материализовалась расстеленная белоснежная салфетка, а на ней — горка пирожных и канапе, и рядом — пара бокалов.

Я невольно хихикнула.

Где-то тихонько заиграла музыка.

Что-то скользнуло по груди, и я, моргнув, опустила глаза.

По ткани светло-сиреневого платья пробежала рябь.

Вместо наряда подружки невесты на мне теперь было снежно-белое платье без рукавов, сшитое из невесомого шелка. До бедра оно обтягивало фигуру, как перчатка, а ниже расходилось тяжелыми складками. По краю лифа и подолу змеилась морозными узорами вышивка серебряной нитью.

— Ты прекрасна, — сообщил мой жених.

— Но как же… — я запнулась. Он что, серьезно⁈

— Мы обязательно потом проведем торжественную церемонию во дворце, — он пожал плечами. — От этого никуда не деться. И в твоем мире тоже распишемся. Я же должен познакомиться с тещей! И праздник для друзей на Лирку, конечно, тоже устроим. Потом. А сейчас… здесь только мы. И это только для нас.

— Ты… — я захлебнулась и неожиданно для самой себя вдруг кинулась на шею Лиаму. Он понял! В самом деле понял! — Я тебя люблю!

Наверное, до этой минуты я все еще до конца не верила в то, что собираюсь замуж за настоящего принца. Все казалось каким-то слишком… невероятным.