Небо в рублях

– У меня была бабушка, – прошептала Наина, – мама папы. Она меня обожала и оставила много дорогих вещей. Запомни адрес: город Тверь, улица… Поедешь туда, квартира стоит пустая, о ней давно забыли. Там прописан брат папы, но он дома не живет – в бога сильно верит, при разных храмах молится. В общем, откроешь дверь этим ключом, войдешь в спальню, третий ряд паркета, шестая доска от окна. Нажмешь на край – откроется тайник. Бери все, что увидишь. Это сыну, ему… Не забудь, ясно? Выбора у тебя нет. Или воспитываешь мальчика, или я правду про аварию говорю. Впрочем, нет, не сумею. Умру так, зная, что сыну в приют дорога. Видно, бог мне твоего мужа в качестве наказания за связь с Леонидом послал. В общем, решай скорей.

– Я возьму мальчика! – воскликнула Ми. – Не волнуйся!

– Ключ!

– Он мне не нужен!

– Нет, ключ забери. И вещи из тайника тоже! Адрес не забудь! Адрес!

Видя, что Наина разволновалась сверх меры, Ми спрятала найденный в потайном кармашке сумки ключик.

Часа через два Наине стало плохо, ее перевели в другую палату, а к утру она умерла.

Спустя сутки Ми уехала домой с мирно сопящей на руках крошкой. Выходя из больницы, она столкнулась со стройной плачущей женщиной и мужчиной в черном костюме. Это были Леонид и Марта, прибывшие за телами Наины и мальчика…

– Значит, Кит не ваш сын, Милада?! – воскликнула я.

– Генетически – да. Но на самом деле он мой мальчик."

"– Никита знает историю своего рождения?

– Нет, конечно, – замахала руками Милада. – В курсе только Лена Рыбкина, мне пришлось ей открыться.

– Почему?

Милада вздохнула.

– Слушайте дальше, поймете!

…После появления в доме младенца Марсик сильно изменился. Он прожил с женой и сыном неделю и заявил:

– Развод. Хватит. Надоело слушать писк. Ступай вон!

Гордая Милада схватила Никиту и вернулась к Марфе. Но «добрая» мама не испытала никакой радости при виде дочки. Более того – оказалось, что у вдовы есть любовник, который, несмотря на то что земля на могиле ее мужа еще не успела осесть, поселился в доме покойного Олега Сергеевича.

Марфа, правда, впустила Ми в дом, но предупредила:

– Всего на неделю.

Бедная молодая мать растерялась и бросилась к Рыбкиной. Лена в то время обитала в крохотной комнатенке в коммуналке. Но, несмотря на свои стесненные обстоятельства, она сказала:

– В тесноте, да не в обиде! Перебирайся ко мне.

Наступило время тотальной нищеты. Никита оказался болезненным ребенком, требовавшим постоянного ухода. Помощи ждать было неоткуда. Марсик моментально развелся, потом сунул кому надо взятки, и Ми внезапно вновь оказалась прописанной у матери. Комната в коммуналке, которую выбил для своей дочки Олег Сергеевич Смоляков, отошла Марсику в единоличное пользование.