Небо в рублях

Думаю, мы с Володей вместе… Ладно, это уже наша кухня, а ваше дело писать книги. Каждый должен заниматься своим ремеслом.

Две недели Александр Михайлович приезжал в Ложкино лишь переночевать. Он отмахивался от всех разговоров и только задавал мне иногда идиотские вопросы типа:

– Перед тем как увидеть в саду тело Ники, ты подметала дорожки, но они казались чистыми?

Или:

– В день смерти Ники Раиса угостила тебя жидким чаем?

В конце концов мне стало казаться, что Дегтярев сошел с ума, иначе с какой стати его волнуют всякие глупости.

В пятницу вечером, часов около девяти, полковник вдруг позвонил с работы и велел:

– Езжай к Миладе. Без вопросов! Просто садись в машину и рули туда.

Сгорая от любопытства, я покорилась. Когда добралась до убежища литераторши, Дегтярев уже сидел на кухне.

– Ну вот, – воскликнул он, – теперь начнем! Дамы, вы сидите молча, я излагаю события, а потом разрабатываем план действий. Ясно?

Мы со Смоляковой одновременно кивнули:

– Да.

– Отлично, – потер руки Александр Михайлович. – Все, это был последний изданный вами звук. Значит, так! Смерть Фаины естественна, она произошла вследствие бесконтрольного приема лекарства, сделанного невесть из какой дряни. Таблетки запрещены к продаже через аптеки, но, увы, полно жадных хапуг, способных торговать смертью. И ведь находят же их дуры, готовые на все ради уменьшения веса!"

"– Ей приносила капсулы Лиза, – робко напомнила я.

– Молчать, – рявкнул Дегтярев, – и слушать! Да бабке и покупали снадобье в расчете на то, что старуха отбросит тапки.

– Но кому она мешала? – простонала Ми.

Полковник прищурился.

– Ну просто все бабы одинаковы. Что вы, детективщица, что Даша. Упретесь рогом в одну версию и топаете, как по тоннелю, а от него еще и другие дорожки тянутся. Но нет, вы их не видите! Чешете по прямой! Давайте все же по порядку. Вы выпускаете по книге в месяц?

– Да.

– А две сумеете написать?

Ми призадумалась.

– Можно попробовать.

– А если каждые тридцать дней по две? Постоянно? – не успокаивался Дегтярев.

– Слабо, – усмехнулась Смолякова, – сломаюсь.

– Ага, – обрадовался чему-то полковник. – Насколько я понял, заработок писателя зависит от количества тиража?

– Верно, – согласилась Ми.

– Следовательно, больше, чем сейчас, вы зарабатывать не станете?

– Это так, – кивнула Смолякова. – Я вышла на некий уровень, на котором постараюсь продержаться много лет. Очень хорошо понимаю: в конечном итоге все зависит лишь от моей работоспособности.

– Вот! – поднял вверх указательный палец полковник. – Тут-то собака и зарыта! Никита прекрасно знает, что мамины гонорары достигли потолка, а вокруг столько желающих приложиться к денежной реке.