Небо в рублях

Перед моими глазами мгновенно развернулась картинка: вот Милада вынимает из коробки тюбик, перчатки и начинает наносить кремообразную субстанцию на волосы, убирает пустые упаковки, а коробочку с фотографией симпатичной девушки, демонстрирующей красивые рыжие пряди, забывает на подоконнике. Окно прикрыто довольно плотным тюлем, Милада просто не вспомнила про упаковку. Так-так… Значит, она теперь более не блондинка…

Продолжая так и этак обдумывать ситуацию, я хотела переместиться в спальню Никиты и Лизы, но тут меня окликнула Рая:

– Эй, Даша, иди сюда!

Я оставила пылесос на втором этаже, сбежала по лестнице вниз и мгновенно наткнулась на большой, не слишком приятно пахнущий мешок с мусором, стоявший у выхода на террасу.

– Не сочти за труд, – мило попросила Раиса, – оттащи на помойку. У меня спина болит, прямо ужас, ничего поднять не могу.

– Без проблем, – улыбнулась я. – Куда нести?

– Вон туда, – ткнула рукой в сторону сада Раиса, – в самый угол. Увидишь небольшую сараюшку, мы в ней прячем газонокосилку, шланг, лопаты да грабли. А рядом там навесик, под него мешки с мусором и складируются. Я потом их к выезду из поселка везу, там баки. Поняла?

– Угу, – кивнула я и подняла упаковку с отбросами.

– Через террасу ступай, – заботливо предложила Раиса, – ближе будет.

Я послушно вытащила мешок на улицу и тут почувствовала, как между ног у меня проскакивает нечто маленькое, мягко-шерстяное. Я похолодела и замерла.

– Чуня, – заорала Рая, – вот пакостница! Стоит только любую щель приоткрыть, как она выскальзывает и к забору несется.

– Зачем? – облегченно вздыхая и успокаиваясь от пережитого ужаса, спросила я.

Домработница засмеялась.

– Чуня у нас самый страшный зверь, полкило храбрости. На соседнем участке ремонт идет, там постоянно туркмены с тачками бегают. Вот Чуня и наводит порядок, начинает на них лаять. А рабочие пугаются, бросают поклажу и деру. Просто цирк.

– Взрослые мужчины впадают в истерику при виде собачки размером меньше кошки? – удивилась я, слушая заливистый лай Чуни.

– Что с них взять? – вздохнула Рая. – По-русски почти не говорят, от всех шарахаются… Небось регистрации не имеют, для таких и йоркшир – крокодил. Будь добра, на обратном пути прихвати хулиганку, а то снова дождик накрапывать начал, измажется вся – купать придется.

Я кивнула, отволокла куль к навесу, пристроила его около «братьев» и пошла искать Чуню.

Йоркшириха перестала лаять, очевидно, разогнав несчастных гастарбайтеров, она решила заняться своими собачьими делишками, то есть совместить приятное с полезным.

Мерно выкрикивая:

– Чуня, Чуня… – я брела по саду."

"Очевидно, Смолякова не была большой любительницей цветов – основную часть принадлежащих писательнице соток покрывала зеленая трава.