Лягушка Басё

Я повернулся. На подоконнике в изящной позе, нога на ногу, покачивая лаковой штиблетой с серебряными пуговками, сидел франт. Прямо картинка: усы в ниточку,   собою нестарый, но височки с импозантной сединой.

- Да с чего вы взяли, что мне пригодится этот хлыщ? – спрашиваю. – Такой, поди, всю жизнь проводит в парикмахерских да перед зеркалом, на себя любуется.

- А вы поглядите, что за книжку он читает.

Глаза у меня вблизи видят уже так себе, зато вдаль очень хорошо. Я прищурился и прочел на обложке название: «Научно-технические приемы расследования преступлений».

И я поблагодарил Зусю Хемницера за помощь,  и дал ему три рубля, потому что столько за хороший совет платят мне самому, после чего пошел знакомиться с человеком, читающим такую подходящую книгу.

По-русски я говорю очень прилично. Потому что в молодости на призывной жеребьевке вытянул – такое уж мое счастье – билетик с двухглавой птицей. Шесть лет потом изучал в сто семидесятом пехотном полку  язык поэта Пушкина и фельдфебеля Зарубайло. И знаете что? Я не жалею. Как говорится, умному человеку и чесотка на пользу.

Подхожу я к нарядному господину. Приподнимаю шляпу.

- Я извиняюсь, вы эту книжку читаете по служебной надобности или из интересу?

По франту было непохоже, что он служит в полиции, но на всякий случай надо было спросить.

- Из интереса, - отвечает, глядя на меня спокойными синими глазами. - Я не с-служу.

Заикается немножко. Наверное, в детстве у него не было такого заботливого папаши, как я. Моя дочка Мариам, когда была маленькая, тоже заикалась. Так я что сделал? Сказал ей: «Если целый час ни разу не заикнешься, получишь сахарного петушка». И что вы думаете? Слопала за неделю сто петушков, ни разу не заикнувшись. Немножко попортила себе зубы, но как рукой сняло.

- Увлекаетесь расследованием преступлений? – продолжаю осторожно интересоваться я.

Э, да ты неболтлив, думаю Уже хорошо. Впрочем заики всегда скупы на слова. Но вот сметлив ли ты? Сейчас проверим.

- А знаете вы такое слово «дедукция»? Без нее ни одного приличного преступления не раскроешь.

Опять кивнул. Ждет, что будет дальше. Спокойный господин. Это мне тоже понравилось.

Решил я устроить ему экзамен.

- Давайте посоревнуемся в дедукции, - говорю. - Сначала я расскажу про вас, потом вы про меня.

Если он и удивился, то никак это не показал. Только сделал так вот рукой – мол, милости прошу.

- С помощью дедукции я могу сказать про вас, что вы московский житель… (Рисковал я несильно. По господину было видно, что он столичная штучка - либо питерский, либо московский, а поезда из Петербурга через нас не ходят). Едете в Варшаву. И теперь не знаете, где остановиться на ночь. Ну как, прав я или нет?

- Почти. Единственное, я с-следую в Берлин – но да, через Варшаву.