Ненаглядная жена его светлости (СИ)

– И?

– Вернуть личную горничную хозяйки на кухню или, там, в прачечную нельзя. Это бы означало, что служанка впала в немилость, но все знали, что вы были довольны работой Алиды. Ну и... вот!

– Идиотизм – уволить за то, что хорошо работала.

– Нет, миледи! Уволили, потому что для неё больше не было подходящей по статусу работы. Мне  пора уезжать... Куда отнести сундучок?

– Подожди. Расскажи, где ты её, – Софья кивнула в сторону горничной, – подобрал. И почему взял с собой."

"– Говорю же, недалеко от последней вешки, там как раз с тропы сворачиваешь и с полкилометра едешь обычной дорогой.

  Если бы на минуту позже вывернул, то проехал бы мимо и не заметил. А так – смотрю, идёт баба в стороне от дороги, спотыкается и падает. Там две деревни рядом – Пряны и Гуселки. Думал, кто-то оттуда – больная или пьяная. Хотел мимо проехать, да что-то толкнуло подойти, посмотреть, что там. Глядь, а это наша!  Я и кинулся поднимать, а в ней весу, как в воробье.  Спервоначалу она руки на себе почувствовала и шарахнулась от меня, а как признала, разревелась.

– Что же с ней случилось? Её леди Адель без денег и вещей выгнала, что ли?

– Не знаю, Алида не успела рассказать.

Только объяснила, что шла к родне в Гуселки, а они, оказалось, погорели  давно. И идти ей больше некуда. Поела, воды хлебнула – и как прихлопнули её. Кулем свалилась. Ну не бросать же в поле? Взял с собой. Видно, что досталось девочке, жалко. Она наголодалась, видно, что не один день шла пешком, устала, вот её после еды сразу и сморило. Теперь несколько часов проспит как убитая.Я и подумал забрать её с собой.  Если вы не захотите её у себя оставить, то она и не узнает, где была.

– А... если я не оставлю, то куда ты её? Назад, в поле?

– Нет, в замок отвезу.

Там сейчас управляющий всем ведает,  лорд Толье.  Строгий, конечно, но с нами так и надо.  Зато справедлив и хозяину предан.И экономка новая, из наших же – лира Адотия. Хорошая женщина, с понятием. Уверен, они разрешат Алиду оставить. Пристроим девочку куда-нибудь, хоть милорд и приказал уволить больше половины слуг.  Но лучше на кухне  за кров и еду кастрюли мыть, чем с голоду помирать.  Так что, миледи,  скажете?  Перенести её в дом  или пусть лежит в повозке?

Соня приблизилась к повозке, всмотрелась в лицо спящей.

Впавшие щёки, синяки под глазами, бледная, словно привидение, волосы, ранее всегда тщательно прибранные, теперь спутаны и торчат в разные стороны.

Вспомнилось, как горничная помогала ей одеваться, в каком порядке держала платья и комнаты миледи. Вспомнились сообразительность девушки и её лёгкий нрав.

Сейчас у неё, Софьи, горничная есть – Рива. Но та в положении, и скоро в усадьбе возникнет дефицит женских рук. А Алида ни разу её не подводила.

– Я оставляю её, – решила герцогиня.