Ненаглядная жена его светлости (СИ)

Но утром выяснилось, что горничная по имени Ранира бесследно исчезла...

***

За заботами Арман забыл о настойчивой служанке.

С самой свадьбы из головы герцога не шла только одна женщина... Та ещё заноза –его собственная жена.

Внешностью Сона уступала Адель.  Как любая юная, ещё не до конца сформировавшаяся девушка не может сравниться с молодой женщиной, вступившей в пору своего расцвета.  Фигуре жены  не хватало плавности изгибов и объёмов. Движениям – мягкой пластики. Лицу – яркости красок.  Взгляду – огня.

Вполне возможно, что с возрастом Сония приобретёт недостающее, но пока.

.. пока  герцогиня на соблазнительную красотку не тянула.

И, тем не менее, его к ней странным образом влекло. То ли жена, имея наглость смотреть на своего мужа с осуждением, гневом и где-то даже презрением, этим задела его за живое.  То ли это уязвлённое мужское самолюбие – невеста посмела предпочесть ему кого-то другого.  А может быть, его притягивало необычное поведение девушки?

В любом случае, он никак не мог отвязаться от  её образа.

Когда раздался  стук в дверь, Арман, грешным делом, подумал, что это явилась его супруга.

Зачем? Вот сейчас и выясним! Предвкушая очередную пикировку, а может быть, и кое-что погорячее, милорд, даже не подумав надеть рубашку, рывком распахнул дверь.

– Милорд я пришла, – пискнула служанка.

– Ну... входи, – мужчина вернулся в спальню и надел рубашку. Но застегнуть не успел, потому что служанка разразилась целой тирадой.

– Ваша светлость! Простите, может, не в своё дело лезу, но вы у нас человек новый, многого не знаете. Её сиятельство, вернее, уже её светлость, с детства отличалась капризным нравом и мстительностью.

Я тут уже десять лет работаю, насмотрелась. Покойный хозяин дочку обожал, во всём ей доверял, а она,  паршивка, этим пользовалась.

– Ты о моей жене говоришь, о своей госпоже, – рыкнул герцог. – Выбирай выражения!

– Простите! – съёжилась горничная.

– И что там такого могла творить маленькая девочка?"

"– Девочка росла, милорд.  Сначала из шалости она делала мелкие пакости прислуге и смеялась, когда кого-то из нас  наказывали за  оплошности. Когда подросла, стала гадить... простите... по-крупному. Если ей кто-то не слишком почтительно ответил или ещё чем-то не угодил, графиня подстраивала так, что у этого слуги или служанки возникали большие неприятности.

Например, могла подкинуть в сундучок украшения и заявить, что у неё их украли. Именно так пострадала моя сестра. Сония оговорила её, бедную Таришу забрал пристав и... – служанка торопливо стёрла слезу, – Сестре назначили пять плетей, раны загноились, графиня запретила лекарю помогать «преступнице».Через несколько дней сестра сгорела от лихорадки.